?

Log in

No account? Create an account
gistory, Gistory_ru

gistory


gistory

История с Географией


Previous Entry Share Next Entry
Комариный укус
gistory, Gistory_ru
gistory
Среди дивизий, пропавших в Вяземском котле, была и 244 сд, сформированная в соответствии с приказом Ставки ГК от 29 июня 1941 года за № 00100 «О формировании стрелковых и механизированных дивизий из личного состава войск НКВД» в Дмитрове. Возможно, «доля вины» в ее трагической судьбе принадлежит малярийному комару.

Первым командиром дивизии был назначен генерал-майор Николай Тимофеевич Щербаков. По имеющимся сведениям, 2 октября 1941 года он командующий 19 армией генерал-лейтенант М.Ф. Лукин отстранил Щербакова от командования дивизией.

Во время телеграфных переговоров 3 октября с начальником связи Западного фронта генерал-майором Псурцевым, Лукин сообщил что: «Без видимой причины, не поставив меня в известность, в течение ночи [244 сд] отошла в район хутора ПОДДУБСКИЕ. Командир дивизии генерал ЩЕРБАКОВ пьянствует, боем дивизии не руководит. Лично утром мне представился пьяным, положение на фронте не знал. От должности мною отстранен».

Через день 4 октября, из политотдела 19-й Армии начальнику Политуправления Западного фронта дивизионному комиссару тов. ЛЕСТЕВУ было сообщено, что:  
«Командир 244 СД генерал-майор ЩЕРБАЧЕВ в течение последних двух дней был все время пьян, боевыми действиями не руководил и мешал в работе начальнику и комиссару дивизии. В результате дивизия попадала в трудные условия. Тов. ЩЕРБАЧЕВ от должности отстранен и направляется в распоряжение командующего фронтом»[1].

Политуправление фронта передало эту информацию выше — начальнику ГПУ РККА Мехлиса, в также Коневу и Булганину:
«Командир 244 СД генерал-майор ЩЕРБАЧЕВ в течение последних 2 дней все время пьянствовал, боевыми действиями не руководит, мешает в работе начальнику штаба и комиссару дивизии.  В результате дивизия попала в тяжелое положение, два полка попали в окружение. Никто выходом частей из окружения не руководил. ЩЕРБАЧЕВ по вызову командующего 19 А прибыл пьяным.
Военным советом 19 А ЩЕРБАЧЕВ отстранен от должности и отправлен в распоряжение командующего фронтом»[2].

Командиром 244 сд к этому времени был назначен начальник штаба 244 сд Иван Данилович Красноштанов, а Щербаков, ошибочно названный Щербачевым, отбыл в Касню, в штаб Западного Фронта.

Дальнейшие события привели к тому, что 244 сд и ее новый командир остались в Вяземском котле, а Николай Тимофеевич Щербаков вместе со штабом ЗФ оказался вне его.  О том, что происходило дальше, он сообщил, а точнее напомнил, в письме Коневу 2 декабря 1942 года.

В письме опускается факт его отстранения от командования дивизией, он сообщает, что «выехал из дивизии по болезни – малярия». Одновременно, он сообщает, что «член Военсовета [19 армии] дивизионный комиссар Шекланов приезжал в дивизию неоднократно. В беседах ободрял действия 244 сд и лично мне в присутствии командиров – полковника Макарова [правильно Макарцев], батальонного комиссара Кульбицкого и других говорил, что и я был представлен к правительственной награде орденом «Красное Знамя». На этом все кончилось. ... 19 армия вскоре попала в окружение, в связи с чем, я думаю, документы не были рассмотрены или уничтожены». Необходимо ответить, что все, на кого ссылается Щербаков либо погибли, как начальник артиллерии полковник Макарцев, либо пропали без вести, как Шекланов и Кульбицкий.

Остановимся на причине отъезда — малярии. Действительно, в 1941 году, в местах дислокации 244 сд фиксировались случаи малярии. Даже в докладе представителя министерства иностранных дел Германии при 4 армии Шаттенфро отмечалось, что «в районе Вопи с притоками (район Ярцево) свирепствует малярия». Местные жители вспоминали, что в 1941 году люди умирали от этой болезни, а немцы именно по причине малярии, некоторое время опасались заходить в ряд деревень Ярцевского района.

Таким образом, Щербаков действительно мог заразиться малярией, приступы которой мешали ему руководить войсками и были приняты Лукиным за состояние алкогольного опьянения. Малярия характерна приступами, которые повторяются в течении нескольких дней, по несколько часов. Возможно, что Щербаков даже не знал, чем болен и считал, что это обычная простуда или грипп. Кстати, Шаттенфро замечал: «Следует особо отметить необычно большое число случаев заболевания гриппом, к примеру 8726 случаев в районе Смоленска по состоянию на май 1941 г. Есть подозрение, что под «гриппом» подразумевается как тиф – паратиф, так и малярия».

Возможно, что к 5-6 октября, когда Щербаков прибыл в штаб фронта болезнь пошла на спад, а сохраняющиеся признаки лихорадки послужили доказательством того, что он вовсе не был пьян, как утверждал Лукин. Во всяком случае, у нас нет данных о том, что Щербаков был наказан, напротив, ему поручили оборону Гжатска, в результате чего возникла «группа Щербакова». Вот как он сам описывает те события.

«В трудные для Родины дни я был Вами [Коневым] и тов. Булганиным послан на оборону Гжатска с задачей, как москвичу «умереть, на драться до подхода подкреплений их тыла или выхода армий из окружения».
Не имея ни штаба ни тылов, с 30 данными мне Вами и товарищем Булганиным, не опытных политработников и командиров, я упорно дрался с немцами, изыскивая все на месте: людей задерживал на дорогах (удиравших в то время в сторону Москвы), формировал из них подразделения, а позднее пополнял ими данные мне 365 сп, 202 зсп, снабжал боеприпасами, а также учебную бригаду, 509 и 533 птп. Одних только винтовочных патрон нашел до миллиона штук, не говоря уже о снарядах, гранатах и проч., которые доставлял частям под огнем противника. Продовольствие тоже изыскивал на месте.
Не хочу описывать сколько пережил лично трудностей и лишений, но досталось, так как бои были не легкие.
Первые дни задержали танковую колонную, двигавшуюся по дороге Вязьма – Юхнов – Гжатск. Подбито было больше десятка танков и сбито до десятка самолетов противника. Держались сколько могли. О силе огня противника можете судить, что за один день в 509 птп было подбито 21 орудие.
За 2 дня 8 и 9 октября 1941 года нами было уничтожено 3000 немцев их только что прибывшей новой дивизии СС (данные разведотдела Штаба Запфронта и пленных).
Особенно упорные бои были в районах:

Московская магистраль – Труфаново [Труфаны] – Кобылкино – Орехово - Сверчково.
Черногубцево - Сеньково – высота 217,9 – Слободка.
Дороги Юхнов-Гжатск - Холопово, высота 231,7 – Кузьмино - Подъязье
Тракт Можайск – Гжатск – Зубково
Будаево – Мальцево.

При отходе от Гжатска спасал что мог. Под угрозой оружия заставили ж.д. сформировать состав и вывезли со ст. Гжатск до 40 вагонов винтовок, боеприпасов, минометов и проч., только одних взрывчатых веществ до 200 тонн. Я не говорю уж о спасении или уничтожении продзапасов, которые были приготовлены на случай выхода армий из окружения.
Все конечно описать трудно, но что изложено правдиво, и последнее может подтвердить батальонный комиссар Шаров, работает он в 7 отделении Политуправления Западного фронта, а через него и другие, так как фамилий сейчас я не помню.
Уважаемый тов. Конев, после этой работы вернулся во фронт, Вас там уже не было, Вы уехали, новые были заняты, сводок и донесений мы не писали, так все и прошло»[3].

Позднее Щербаков выполнял отдельные поручения Лестева и Булганина. Отметим, что о них Щербаков не стал писать, сославшись на то, что Лестев погиб и не сможет подтвердить его слова.

«Последнее время я командовал 324 сд в 16 армии у тов. Рокоссовского, работал неплохо, по оценкам Штаба армии. Взысканий никаких не имел.
4 июля 1942 года, в силу осложнений малярии на сердце и мозги – был без памяти вывезен с фронта и теперь лечусь и работаю по подготовке резервов для фронта»[4].

На конец 1943 года генерал-майор Щербаков был командиром 6 учебной бригады и занимал пост начальника гарнизона Казани[5]. 8 июля 1944 года он там же умер и был похоронен на Арском кладбище.

Нельзя однозначно утверждать, что причиной смерти стали осложнения после «ярцевской малярии», но это вполне возможно.  Местные жители вспоминают, что болезнь преследовала их некоторое время после войны.

Жительница деревни Мосолово (она находится рядом с Днепром) Мария Васильевна Попова, рассказывала, что после войны малярией болели буквально все. «Женщины пахали сами вместо лошадей, когда начинался приступ малярии у кого-либо, ложились на землю, накрывали одеждой, какая была у кого. Врачей не было, в Мосолово приехала медсестра с Башкирии Свечникова Мария Васильевна, она заходила в землянки, давала больным во время таблетки акрихина, и на пахотное поле ходила с таблетками и котелком воды».

«Нас затронула эпидемия малярии. Очень неприятная болезнь. Температура 40, страшный озноб, колотит, лихорадка на губах... От малярии давали хинин или акрихин. Двоюродная сестра Нина умерла 14 января 47-го года, так как у неё было осложнение на сердце после перенесённой малярии. Несмотря на болезнь, она должна была работать на тяжёлой работе. Получила осложнение и умерла», - вспоминала жительница Вязьмы Маргарита Степановна Кулагина.

Еще одной возможной жертвой малярии мог стать начальник штаба 19 армии, генерал-майор Василий Федорович Малышкин. В воспоминаниях заместителя начальника штаба 32-й армии Николая Степановича Бушманова есть эпизод о подготовке приказа о прорыве из Вяземского котла. «Разработка приказа на фланговый марш затянулась до 16.00, т.к. нач. штаба группы комбриг[6] Малышкин заболел, а остальные сотрудники штаба не смогли продолжать разработку приказа. С моим приездом доработка приказа поручена была мне». Из-за выключившегося Малышкина время было упущено, Бушманов не стал подписывать приказ «Малышкин также отказался подписать приказ и лежал на кровати, накрывшись шинелью. Его трясла лихорадка».

В заключение хочется вспомнить старый английский стишок «Гвоздь и подкова», известный нам в переводе Самуила Яковлевича Маршака:

Не было гвоздя –
Подкова
Пропала.

Не было подковы –
Лошадь
Захромала.

Лошадь захромала –
Командир
Убит.

Конница разбита –
Армия
Бежит.

Враг вступает в город,
Пленных не щадя,
Оттого, что в кузнице
Не было гвоздя.


Автор выражает благодарность Виктору Юрьевичу за помощь при подготовке текста.





[2] Там же
[3] ЦАМО. Ф. 33. Оп. 682525. Д. 2. Лл.123-125
[4] Там же
[5] ЦАМО Ф.33. Оп. 682525. Д. 63. Л. 119
[6] Звание генерал-майора Малышкин получил лишь 7 октября, а описываемые действия происходили 11 октября 1941 года.

Posts from This Journal by “Вяземский котел” Tag

  • Письма из танка

    Уже несколько лет по интернету гуляет “Письмо танкиста”, вызывая жаркие споры. Уже давно установлено, что источником для него стал…

  • Комбинезон Лукина

    ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Описанная ниже версия - лишь предположение. В интервью Симонову, Лукин рассказывал о попытке выхода из окружения: " А я…

  • История Лопатинского госпиталя. Послесловие.

    В начале все освобожденные, особенно те, кто готовился перейти в партизанский отряд, влились в ряды 2 мгсд и 11 кавкорпуса. Котлярский стал…

  • История Лопатинского госпиталя

    После окончания активных боев в Вяземском котле, вермахт стал организовывать госпитали для военнопленных. Их истории почти неизвестны, как неизвестно…

  • Некоторые даты Николая Бушманова. Сентябрь - Октябрь 1941

    Продолжение. Начало здесь. 6 сентября съездил в штаб 24 армии. У них первая победа. После месячных боев взяли обратно Ельню. Немцы отошли Пленных…

  • Некоторые даты Николая Бушманова. Июль - Август 1941

    Воспоминания были опубликованы в книге "Материалы по истории Русского Освободительного Движения" : Сб. ст., док., воспоминаний. Вып. 4 /…

  • Парк памяти защитников Москвы.

    Необходимый, но не последний шаг к созданию парка памяти. Насколько я знаю, все там непросто - государственного финансирования нет, разве что статус…

  • Судьба иллюзиониста

    В начале июля 1941 года многие артисты Мосэстрады ушли в ополчение. Они надеялись, что будут работать по специальности - выступать в войсках, но все…

  • Два генерала

    В новогодние каникулы я перечитывал материалы по 1 ДНО (60 сд) об октябрьских боях. Ее командир генерал-майор Леонид Иванович Котельников во многих…


promo gistory march 6, 2014 20:25 14
Buy for 1 000 tokens
Ищу родственников тех, кто строил оборонительные на московском направлении, а также любую информацию связанную с этим. Воспоминания, фотографии, газетные вырезки, все что может рассказать о событиях лета-осени 1941 года. Значительную долю строителей составляли москвичи, но вместе с ними работали…

  • 1
>благообразных оснований
ну, опоздание к рубежу атаки, например. Барышникова за это сняли с ТБР..

  • 1