?

Log in

No account? Create an account
gistory, Gistory_ru

gistory


gistory

История с Географией


Previous Entry Share Next Entry
«За синий платочек»
gistory, Gistory_ru
gistory
Этот документ мне прислал уважаемый labas еще в декабре 2016 года, после своей публикации «Допрос Эрика Ингобора», но тогда я не уделил должного внимания второму допросу некого Тихомирова.
Недавно, разбирая материалы о 1 ДНО, я обнаружил этот документ и попросил Алексея Кислицына перевести второй допрос и приложения к нему. Также благодарю sogenteblx за помощь в работе над текстом.

Как оказалось, документы касались старшего политрука Николая Тимофеевича Тихомирова, комиссара 1 стрелкового полка, 1 Дивизии Народного Ополчения Ленинского района (позже 60 сд 2 формирования).Тихомиров был утвержден в своей должности 17 июля 1941 года, постановлением бюро МГК ВКП(б) об утверждении комиссаров полков народного ополчения по районам г. Москвы.
7. По Ленинскому району – Тихомирова Н. Т., члена ВКП(б) с 1929 г., Попова Б. Н., члена ВКП(б) с 1919 г., Болдырева В. Р., члена ВКП(б) с 1937 г., Ерофеева Н. Д., члена ВКП(б) с 1919 г

К сожалению, пока не удалось найти, где Тихомиров работал до войны, ополчение Ленинского района формировалось и на ГПЗ-2, и на станкостроительных заводах Красный пролетарий, и имени Орджоникидзе. В воспоминаниях заместителя командира по тылу П.Л. Холодного, говорится, что «Комиссарами полков были секретари партийных бюро - секретарь партийного бюро завода «Красный пролетарий» т. Беляков был комиссаром 3-ro полка [1283 сп]».

Комиссар Тихомиров несколько раз упоминается в воспоминаниях ополченцев. «В штабе я был секретарем комиссара полка. Комиссаром полка был т. Тихомиров, старший политрук», вспоминал Сергей Авксентьевич Бендриков. «На моей обязанности лежало получение материалов от политруков рот, снабжение их литературой и чисто техническая работа по заданию комиссара, а также составление политдонесений». …С конца августа политрукам начинают давать задания: «систематически изучать настроение каждого отдельного бойца, чтобы знать, кто чем дышит. Начиная с сентября месяца командир и комиссар полка делают объезды частей полка систематически, рот и огневых точек для выявления состояния боевой подготовки и бытового положения, так как в это время полк уже зарылся в землю: построил землянки и блиндажи»… В то же время было два собрания политруков и их заместителей, посвященных воспитанию бойца и созданию сколоченной боевой единицы»[1].

«В ночь на 3 октября уже появилось зарево пожаров на западе, и по всему было видно, что в ближайшие сутки наш полк придет в соприкосновение с противником.

3-ro числа были привезены из штаба дивизии каски и розданы бойцам дополнительные патроны, доставлены мины миномётным подразделениям и подтянута артиллерия. 3-ro утром появились первые отступающие регулярные войска и рабочие из строительных батальонов. Всем стало ясно, что наступает время боёв.

Я получил приказание от комиссара полка [т. Тихомирова] сложить все дела, чтобы быть готовым к погрузке на машины. В это же время комиссар дивизии [т. Белов[2]] приехал на машине, вручил нам баян, который нам полагался за хорошие показатели политико-массовой работы и самодеятельность»[3].

К вечеру 3 октября немецкие танки и пехота прорвали оборону 60 сд и ее части стали отходить.

«Встреча с командованием полка произошла в 4 ч утра 4 октября. Комиссар т. Тихомиров дал указание двигаться дальше, держа направление на Вязьму. Далее был установлен такой порядок: машины с имуществом и ранеными были отравлены вперед, а мы лешим строем начали двигаться в составе отходящего полка», - вспоминал Бендриков[4].

«Весь день 4 октября [1281] полк вел ожесточенный бой с фашистами. ... Около 12 часов ночи к нам явился комиссар полка Тихомиров и сообщил: «Командование дивизии приказывает отходить». На окраине Карповки нас встретили командир полка полковник П. Ф. Берестов и комиссар полка Тихомиров. Они указали нам маршрут движения роты. Рано утром 5 октября рота вместе с другими частями полка прибыла к месту назначения», - писал бывший политрук роты связи 1-й дивизии народного ополчения Ленинского район Шполянский[5].

5 октября во время отхода в направлении Вязьмы ополченец Захар Николаевич Быков[6] встретил командира и комиссара полка в одной из деревень: «В одной из групп командир полка полковник Берестов с автоматом на шее и комиссар т. Тихомиров со своей планшеткой рассказали мне, что нас окружили. Спасо-Деменск занят и нам следует двигаться по направлению к Вязьме, это единственное направление. Если мы сумеем пройти Вязьму, то выйдем из окружения. Разговор был очень короткий. Полковник торопливо давал указания начальнику штаба о продвижении частей. Нужно двигаться дальше. Мы расстались»[7].

В это время штаб дивизии попадает под бомбежку и полки на некоторое время теряют с ним связь. «В дер. Буда полковник Берестов [командир 1281 сп], как старший по званию, отдает приказ: ввиду отсутствия командования. дивизии - генерал-лейтенанта Котельникова и полковника Воробьева, о принятии командования дивизией на себя. Я назначаюсь начальником штаба дивизии. Военкомом дивизии назначается ст[арший] политрук Тихомиров»[8], - вспоминал начальник разведки 60 сд Б.Н. Попов.

По воспоминаниям полковника Берестова, бойцы 60 сд вместе с другими отходящими в направлении Вязьмы подразделениями разгромили немецкий передовой отряд в районе деревни Всходы в ночь с 5 на 6 октября . Однако к этому времени кольцо окружения уже закрывалось – окончательно 7 и 10 танковые дивизии вермахта сомкнулись в Вязьме утром 7 октября.

Примерно в этом время в плен попал комиссар 1281 сп Николай Тимофеевич Тихомиров. Точно неизвестно, кто, когда и как его пленил. Первый допрос прошел с 8 на 9 октября[9]. В это время его бывший секретарь Бедриков вместе с бойцами и командирами 60 сд пробирался на восток где-то восточнее Вязьмы. «Тихомирова и других мы потеряли. Они, видимо, прошли левее нас», –  вспоминал он в 1944 году.

Лагерной карты Тихомирова обнаружить не удалось. В «ОБД Мемориал» он числится сначала пропавшим без вести, но в приказе ГУК ВС СССР от 15 ноября 1946 года сообщается, что старший политрук Тихомиров репатриирован из немецкого плена. Судя по документу, он «прошел спецпроверку в 32 зап. стр. полку 12 зап. стр. дивизии», правда указания о направлении его на учет в военкомат нет. Стоит отметить, что в картотеке РГВА он указан как подполковник, с датой выбытия 11 октября. В списках узников находившихся в Дахау есть Николай Тихомиров 1908 года рождения, уроженец Саратова, поступивший в лагерь летом 1944 года. Возможно, это Николай Тимофеевич.

О его дальнейшей послевоенной судьбе информации пока нет. Надеюсь, что через некоторое время эти документы все же получиться найти.

Когда вы прочтете перевод допросов, возможно вам захочется осудить старшего политрука Тихомирова. Не надо этого делать. Мы с вами не жили в те времена и не были в Вяземском котле, не нам его судить. Но пока перейдем к документам, после которых будет краткое послесловие.

Копия
Представитель министерства иностранных дел при 4-й армии Шаттенфро[10]
Штаб-квартира 15 октября 1941
Отчет № 104
Представителю министерства иностранных дел при командовании вермахта.
Берлин

Гигиенические условия:
Согласно отчёту ответственного за гигиену врача армии, медицинское обслуживание, бактериологические институты, вкупе с медицинской статистикой и мероприятиями по борьбе с эпидемиями свидетельствуют о неожиданно развитом (для русских условий) уровне гигиенического состояния в данном регионе. Примитивные условия жизни в городах и в особенности в селах, грязь, отсутствующие возможности для мытья и выкидыши, экстремальное распространение насекомых-паразитов, в основном клопов, тучи мух и так далее опущены в этом сравнительно позитивном отчете. Как и во всех остальных направлениях, в указанных районах удалось найти крайне мало русских документов, таких как медицинские акты, статистические данные и тд. Большая их часть была либо вывезена, либо уничтожена. Сильные вспышки сыпного тифа эпидемического характера наблюдались в основном в 1940-1941 годах в районах Рудни, Ярцево, Издешкова, Вязьмы и Туманово, то есть в основном по линии шоссе Минск – Москва, далее в Козельске и Починке.
В районе Гжатска в 1940 году была эпидемия тифа.
Кроме того, в районе Вопи с притоками (район Ярцево) свирепствует малярия. По всему Смоленскому району наблюдаются вспышки тифа и паратифа, а также дезинтерии. Отмечен резкий скачок дизентерии в этом районе в период 1937 – 39 гг от 110 случаев в 1937 году до 600 случаев в 1939 году.  Следует особо отметить необычно большое число случаев заболевания гриппом, к примеру 8726 случаев в районе Смоленска по состоянию на май 1941 г. Есть подозрение, что под «гриппом» подразумевается как тиф – паратиф, так и малярия.

Показания военнопленных:
В приложении приведены два заслуживающих внимания протокола допроса военнопленных (приложения 1[11] и 2) , касающиеся настроений противника, эффективности пропаганды, русской внутренней политики и грядущих реформ в России. Одни показания даны писателем и режиссером Соколовским Николаем Аркадьевичем, антикоммунистом, который лично знаком с сегодняшними советскими писателями, театром, издательской и газетной деятельностью, который может дать консультацию относительно политической подоплеки этих направлений культуры, а также по вопросам их использования. Соколовский был направлен в штаб группы армий Центр, откуда его переправят в Берлин в штаб вермахта. Если у вас возникнут вопросы, Вы можете его там допросить.
Вторые показания даны бывшим секретарем Тимошенко[12], который на момент пленения находился в звании подполковника[13]. В последнее время он был директором крупного московского индустриального концерна[14]. Его фамилия Тихомиров. С нашей стороны  ему было поручено проверочное военное задание, с которым он полностью справился.
Есть мысли направить его с заданием к Тимошенко, в случае если это соответствует интересам Берлина. На данный момент он остается при армии и находится в полном ее распоряжении (предложения в приложении № 4).
Прилагаются три старых русских журнала, два русских плаката с призывом к народу оказывать сопротивление.
Также прилагается большое количество русских листовок, сброшенных над расположением армии за последние недели.

Приложение №2 к отчету №104
Командование 4-й армии
Штаб армии 11.10.1941
Разведотдел армии

Протокол допроса в ночь с 8 на 9 октября 1941 года
Персональные данные допрашиваемого:
Тихомиров, Николай Тимофеевич, командир батальона в 60-й дивизии, русский, 33 года, женат, члены семьи — шестилетняя дочь и жена, проживают в Москве, Хавско-Шаболовский переулок 11[15].
Военнопленный производит впечатление серьезного военного. На вопросы отвечает после недолгих раздумий, ответы четкие, точные и выглядят очень правдоподобно.
Образование:

  • 6 классов народной школы в Саратове на Волге.

  • 2 года рабочего университета среднего машиностроения.

  • Подготовительные курсы для высшего образования.

  • 1936 – 1938 посещение школы директоров (экономической)

  • Бывший руководитель бюро районного комсомола и член ВКП(б).

Н. Т. Тихомиров занимает пост командира батальона в 1281-м стрелковом полку 60-й Ленинской стрелковой дивизии (ранее 1-я Ленинская стрелковая дивизия). Переименование связано с тем, что дивизия изначально формировалась как 1-я стрелковая исключительно из народных ополченцев возрастом от 16 до 56 лет, и только после пополнения резервистами и кадровыми военными (примерно 25 – 30%), получила новое название. Расчет был на то, что дивизия должна очень хорошо проявить себя в обороне, однако уже на марше солдаты оказались в беспомощном положении.

Между офицерами и солдатами в действующих войсках отношения были очень хорошими. Однако кадровых офицеров осталось очень мало, в основном это были командиры из уже разбитых частей.  Нынешние офицеры попадают в войска в основном из резерва или из совсем свежих выпусков военных училищ, поэтому их военный кругозор крайне ограничен, что сразу бросается в глаза простому фронтовику. Пополнение частей этими юнцами-комсомольцами, совсем недавно еще сидевшими за школьными партами, не способствует установлению доверительных отношений.

Существует неофициальное распоряжение, согласно которому офицеры в бою должны находиться в общей цепи, а не идти впереди наступающих. Цель подобных мер заключается в попытке сохранить офицерские кадры. Командир сегодняшнего дня трактует инструкцию расширительно: он идет не в цепи, а вообще находится позади нее. Разумеется, это сразу видно всем солдатам, что вызывает их негодование.

По мнению опрашиваемого, отношения между политическими руководителями и личным составом военных частей складываются по-разному. В некоторых частях эти отношения плохие, и плохи они потому, что некоторые комиссары (и политруки[16]) не умеют устанавливать отношения с военнослужащими.

Говоря об эффективности немецкого вооружения, военнопленный показал, что основные потери наносят немецкие минометы и трассирующий боекомплект, психологическая эффективность которых заставляет даже бывалых солдат впадать в панику.

Допрашиваемому был задан вопрос о том, что должно быть предпринято с немецкой стороны для сокращения количества русских жертв, а также об эффективности немецкой пропаганды на советские войска. Военнопленный ответил, что немецкие листовки, несмотря на действенность, иногда составлены на плохом русском языке и содержат такую «дешевую чепуху», что всякая контрпропаганда оказывается ненужной — такие листовки вызывают только смех, а значит и не могут достичь поставленной цели. При этом опрашиваемый признался, что листовки, сбрасываемые в последнее время, вполне действенны: они очень остры и грамотно указывают на слабости советского государства и Красной армии.

Неоценимым фактором в эффективности листовок является понимание менталитета русского народа, и это препятствие доставило немало головной боли армейскому политическому руководству.

По мнению опрашиваемого, отношение к германским военнопленным неплохое, однако фактор боестолкновений на фронте, плюс фактор обслуживающей их пропаганды приводит к крайне неприятным случаям[17].

Он подтвердил, что немецкие военнопленные передаются в комиссариат внутренних дел и это производится для высвобождения военного комиссариата. Кроме того, в Советской России существуют рабочие колонии, куда переправляются военнопленные и передаются в НКВД.

Касательно общего настроя в рядах Красной армии и оценки будущего, перебежчик считает, что без всяких иллюзий положение Красной армии — катастрофическое; очень большие надежды возлагаются на помощь англичан и американцев. Настроения скорее упаднические, ведутся доверительные разговоры о том, насколько сложна сложившаяся ситуация.
На вопрос, почему же тогда руководство армии в сложившихся условиях не ищет компромиссных решений он сказал, что компромисс, это дело сегодняшних руководителей страны и только они могут его использовать, так как компромиссы всегда были на вооружении Кремля и всегда появлялись вовремя.

На вопрос, почему часть русских солдат продолжает сражаться там, где целые части складывают оружие, пленный ответил, что этими солдатами движет основном беспокойство за будущее России и неопределенность на фронте – им нечего больше терять.

Военнопленный считает, что Московский Кремль будет обороняться всеми возможными средствами невзирая на возможные жертвы. Опрашиваемый два месяца назад был в Москве, а месяц назад сюда, в Спас-Деменск, к нему приезжала жена. Он с уверенностью может сказать, что перед Москвой уже построена линия обороны, а берега рек, находящихся на пути в Москву, круто, неприступно обрублены [эскарпированы].

Он уверен, что в исключительном случае Москва будет сожжена, так как это решение уже принято руководством страны[18]. Большинство детей эвакуировано из Москвы, также, как и семьи военных. Из столицы выведены все основные Народные Комиссариаты[19], а также научные учреждения, по имеющимся показаниям – в Казань.

По поводу ожиданий новой власти в России, связанной с ней ликвидации большевизма и создания нового национального правительства, опрашиваемый заявил, что в Советской России есть множество членов партии, которые готовы на радикальные перемены в правительстве. Большинство русского народа совершенно не согласно ни с нынешним руководством страны, ни с его методами руководства. Об этом известно на самом верху, но все равно все следует по этому пути, потому что, однажды дорвавшись до руля руководство становится неприкосновенным. 95% всего населения Советского Союза можно охарактеризовать как недовольных нынешней политической системой. После этого командир затронул вопрос о тех силах, которые присутствуют в сегодняшней России и могут быть использованы при создании нового правительства. Он сказал, что в СССР практически не осталось представителей старой российской интеллигенции, хотя Советское руководство поняло необходимость использования ее для управления государством.  Новая русская интеллигенция, воспитанная за прошедшие 24 года, является цементирующим, связующим звеном Советской империи, и при этом очень зависит от большевиков. В будущем, невозможно будет обойтись без ее использования, при создании структур управления этого огромного государства. Представители старой власти царских времен, живущие за границей совершенно не пригодны для работы в различных немецких органах власти, как в качестве советников, так и в качестве людей, принимающих решения.
Репрессии и уничтожение представителей руководства большевистской России, как и гонения на представителей коммунистической партии [со стороны германских властей], опрашиваемый считает большой ошибкой, поскольку только среди них можно найти тех, кто в ближайшие 1 – 2 десятилетия будут способны работать с Германией и на Германию.
Россия, это очень большая страна с бесконечными просторами, и неправильное обхождение с членами партии, загонит их в горы, в тайгу, в степи, уже только из чувства самосохранения, где годами будет продолжаться война и сопротивление.

По поводу дальнейшей жизни и работы в освобожденной России многих миллионов членов партии, комсомольцев, сотрудников НКВД и других представителей красной системы, опрашиваемый высказал мнение, что все не так сложно, как кажется, потому что у них у всех есть профессии. А вот, молодые люди (до 22 лет), воспитанные в духе большевизма, обычно не имеют профессии, и поэтому за ними нужен глаз да глаз.

Приложение № 3 к отчету № 104 – Шаттенфро
Зондерфюрер Мангольд
15.10.1941

Результаты допроса:
Отправленный в Вяземский котел русский подполковник Тихомиров пояснил, не смог находиться в котле дольше, чем одну ночь, потому что у него отсутствовали знаки отличия, что могло стать поводом для его ареста и направления к командующему там полковнику[20]. Тем не менее он сам считает свою миссию успешно выполненной, так как ему удалось склонить 2 батальона сложить оружие и сдаться немцам.

Опрашиваемый был доставлен на переднюю линию обороны немецких войск, после чего прошел между постами к оврагу, спустившись по его лощине в направлении окруженных красных частей. Пройдя дальше, он был окликнут боевым охранением красных. Ему пришлось упасть на землю, чтобы не быть застреленным охранением, и дальше передвигаться ползком, пока он не оказался на позиции пулеметчиков. Здесь он прокричал, что является подполковником 60-й стрелковой дивизии, и что он прошел боевые порядки немецких войск, чтобы вместе с окруженными пробиваться на восток в направлении Вязьмы. Далее он рассказал им, что ранее предпринял одну такую попытку, но оказалось, что Вязьма уже давно занята немецкими войсками и там нет спасения для окруженных частей. На вопрос подполковника, что окруженные намерены предпринимать, те ответили, что собираются ударить на запад, пройти в тыл немцам и уже там вести партизанскую войну. Опрашиваемый заявил им, что это самоубийство, и он не намерен принимать в этом участия. И что после разговора с ними, он теперь понял, что дальнейшее сопротивление совершенно бесполезно, и он решил идти сдаваться в плен к немцам. Он уже видел места содержания военнопленных, где с ними обходились очень хорошо, кормили, а рассказываемые в Красной Армии истории о зверствах немцев, ничто иное, как бесстыдная ложь. Он предложил находящимся в окружении без промедления последовать его примеру, и, с рассветом выйти из леса и сдаться. В 1-м батальоне, где командовал капитан еврей, поддержки он не нашел, потому что еврей высказался против такого решения. Во 2-м и 3-м батальонах, где опрашиваемый смог переговорить с командирами – старшим лейтенантом и капитаном, его идеи быстро нашли поддержку. Когда он разговаривал с командирами 2-го и 3-го батальона совсем рядом раздался выстрел. Опрашиваемый твердо уверен, что в него стрелял еврей капитан, но промахнулся из-за темноты.

Остаток ночи солдаты готовились к переходу, и рано утром выступили маршем в сторону немецких позиций. Опрашиваемый вместе с одним из офицеров шли в голове колонны, а с рассветом вышли на опушку леса, чтобы показать себя немецким постам. Он приказал солдатам взять с собой оружие, потому что оно может пригодиться немецкому вермахту. Сразу после того, как солдаты вышли из леса, появилось несколько немецких конных разъездов. После короткого объяснения, оружие было на месте уничтожено (по показаниям, из-за отсутствия транспорта), а перебежчики в количестве 1500 человек организованно направились к сборному пункту. Опрашиваемый был немедленно отделен от общей массы, и в сопровождении двух офицеров отправлен сюда, где очень сердечно принят и похвален. Даже простые немецкие солдаты были восхищены им, хвалили его, жестикулировали и подарили ему шоколад, бутылку ликера и красивый носовой платок[21].

Таким образом поставленная перед опрашиваемым задача была закончена, и она стала доказательством того, что и высокопоставленные советские офицеры могут быть успешно использованы немецкой стороной, вне зависимости от того, что они еще вчера были членами ВКП(б)[22] и проводниками сталинской системы управления.
В разведотделе 7-го армейского корпуса в во время разговора с опрашиваемым был поднят вопрос о немецких авиабомбах большой мощности. Сам опрашиваемый их никогда не видел. В одном единственном случае он слышал от командира[23] 60-й стрелковой дивизии, что где-то на участке дивизии была сброшена немецкая бомба, которая вошла на несколько метров в землю, но не взорвалась. Сначала туда положили много взрывчатки, чтобы ее уничтожить . Однако потом решили по-другому – ее выкопали и открыли. Внутри оказался только песок с опилками. А также, записка с надписью «tschem moshem, tjem pomoshem» – по-немецки «чем можем, тем поможем». Этот случай можно расценивать как одну из фантазий красного правительства[24].

Позже, после составления данного отчета советский подполковник ответил еще на два вопроса:


  1. Известно ли ему что-нибудь о планируемой красными правителями химической войне? В качестве ответа опрашиваемый привел русскую пословицу: «Утопающий хватается за соломинку». По его мнению, Советы, чтобы избежать полного разгрома вполне возможно могли бы использовать и это средство ведения войны. Он подчеркнул «могли бы», так как все его наблюдения и имеющаяся информация, не давали никаких оснований судить, что готовится использование боевых отравляющих веществ. Красная армия оснащена средствами защиты от газовой атаки, но о том, чтобы на фронт были доставлены, средства для ведения химической войны, он никогда не видел и не слышал.

  2. Известно ли ему о планах действия советского руководства после взятия Ленинграда и Москвы – существуют ли резервы для решающей битвы?
    На этот вопрос пленный подполковник ответил, что он совершенно уверен в том, что советские руководители продолжат сражаться, даже в том случае, если война будет идти в Сибири или Азии. По его мнению, с начала войны идут сдерживающие бои, цель которых измотать немецкие войска. А решающие сражения будут перед Москвой, и немцы не должны сомневаться в том, что [у РККА] действительно имеются резервы.

Идущее в данный момент немецкое наступление на Москву не стало неожиданностью для советского генерального штаба. Однако ожидалось, что немцы появятся перед Москвой только в середине ноября. Предполагалось остановить измотанную немецкую армию перед Москвой на зиму и втянуть ее тут в бои, используя фактор зимних условий и хорошо оснащенную и подготовленную армию, одновременно уничтожая немецкие тыловые районы, которые до этого были русскими[25].

Однако прорыв фронта на решающих направлениях и связанное с ним быстрое наступление немецких войск и появление их на месяц ранее перед воротами Москвы вероятно способствовало тому, что красное руководство выработало новый план обороны (если не наступления). Но этот план настолько секретен, что его никто не знает даже в общих чертах. Вроде бы по этому плану красный генштаб принял решение использовать больших соединений кавалерии (казаков, кавказцев, узбеков) с артиллерией на конной тяге и авиационной поддержкой, для мощного зимнего наступления на широком фронте. По мнению опрашиваемого у красных нет недостатка ни в живой силе, ни в материальных ресурсах, поскольку все основные оборонные промышленные районы остались в их руках, кроме того, мобилизация была проведена еще не по всей стране, и остается достаточно людских ресурсов[26] – в том числе и молодежи.

Копия
Приложение №4 к отчету №104 – Шаттенфро

Черновик предложений относительно многостороннего использования находящегося при 4-й армии военнопленного русского подполковника Тихомирова, а также предложения пропагандистского характера.

Беседы с военнопленными русскими офицерами привели к идее использовать Тимошенко в игре против Сталина. Ситуация, в которой разбитые маршалы Буденный и Ворошилов будут сняты, а их судьба будет неясна, может спровоцировать Тимошенко в сложившейся ситуации на выступление против Сталина и произвола его комиссаров.
Из этого для немецкого командования вытекает 2 возможности:

  1. Попытаться агентурно или через пленных русских офицеров подобраться к Тимошенко и сделать ему конкретные предложения, или пробудить в нем надежду – в зависимости от планов немецкого руководства.

  2. Независимо от этих попыток путем листовок в русской армии и тылу создать впечатление глубокого напряжения в отношениях между Сталиным и Тимошенко, акцентируя на действия Сталина не находящих поддержку в армии. Например:
    a) Снятие маршалов Ворошилова и Буденного и неизвестность их дальнейшей судьбы.
    b) Приговоры генералам армии Павлову, Керлику, Литеринову[27] и тд. Приговоры большому количеству командиров корпусов и полков.
    c) Произвол комиссаров, которые ставят под удар авторитет военных руководителей и отправили на смерть или довели до самоубийства многих храбрых командиров, бессмысленно распоряжаются судьбами сотен тысяч русских солдат, и несут ответственность за сегодняшнее сложное положение.
    c) В связи с этим множество настоящих командиров погибло не в бою, а из-за произвола комиссаров. Какая судьба ждет самого Тимошенко после его последнего тяжелого поражения? Какая судьба ждет остатки Красной Армии, оставшейся без руководства, ее храбрых офицеров и солдат?

В качестве вывода: Свержение бессмысленного правления Сталина и его комиссаров, окончание бессмысленного кровопролития, которое уничтожает сотни тысяч русских только ради продления на короткое время правления разгромленного, неумелого и жестокого правления Сталина.

Шаттенфро

***

История о полковнике Тихомирове, который сдал немцам 2 батальона была впервые описана в книге Buchbender, Ortwin. Das tönende Erz: Deutsche Propaganda gegen die Rote Armee in Zweiten Weltkrieg , которая вышла в 1978 году. Все описано довольно подробно[28] включая принадлежность Тихомирова к 60 сд. Неизвестно, читали ли сотрудники КГБ СССР или Штази ГДР эту книгу и пытались ли они найти «бывшего директора индустриального концерна, подполковника Тихомирова» из 60 сд. Хотя в ходе проверки Тихомиров вернул себе прежнее звание «старший политрук» - совпадение фамилии, дивизии и места призыва было очевидным.

Протоколы допроса показывают, что Тихомиров был очень умным человеком и обладал даром убеждения. Он откровенно говорит о том, о чем часто говорят и другие высшие командиры, в том числе генералы – недоверии советскому руководству и высказывает мысли о создании нового правительства без большевиков. Одновременно, совершенно точно указывает на то, что создан новый советский человек – молодежь, выросшая при советской власти, которая не знает другой жизни. Возможно, именно эти молодые поколения и обеспечили перелом и победу в войне. Также он, как и многие, говорит об огромных ресурсах, в том числе людских и о том, что война будет длиться очень долго, в том числе говорит о широкой партизанской войне на оккупированной территории.

Установить, батальоны какого полка и какой дивизии он сдал немцам, пока не удалось. В воспоминаниях полковника Берестова – командира 1 сп упоминается, что он короткое время руководил объединенными частями окруженцев. Не его ли опасался Тихомиров? Берестов вспоминает, что немцы выбросили на опушку три походные кухни с горячей пищей и радиомашину с усилителем: «Выходите, оружие оставьте в лесу, сдавайтесь, не проливайте напрасно крови, мы сохраним вашу жизнь. Вы голодны, получайте рисовую кашу, она вам подана»[29]. Берестов пишет, что они отошли глубже в лес, однако одновременно было принято разбиться на малые группы и выходить самостоятельно. Сам он вышел из окружения с группой в 360 бойцов.

Но сам Тихомиров в октябре 1941 года совершил ошибку, которая, несомненно, наложила отпечаток на всю его последующую жизнь.

Вспоминал ли он «еврея капитана» стрелявшего в него в ночном лесу? Опасался ли он встречи с ним после войны. А может он выступал перед школьниками и рассказывал о боевых товарищах и ужасах немецкого плена и своей подпольной работе? О чем он вспоминал 9 мая… Возможно, мы никогда об этом не узнаем.

Но в базе данных «Подвиг народа» есть запись о награждении 06.04.1985 уроженца Саратова Тихомирова Николая Тимофеевича, 1908 гр орденом Отечественной войны II степени …

____________

[1] Арцебашев В.А. Из истории московского народного ополчения. По документам ЦГА Москвы. М. 2017. С. 62-63
[2] Белов Сергей Иванович, бывший секретарь партийной организации Академии наук.
[3] Из истории московского народного ополчения. С. 64
[4] Из истории московского народного ополчения. С. 65
[5] Из истории московского народного ополчения. С. 100
[6] Захар Николаевич Быков, выпускник Императорского Строгановского художественно промышленного училище, выпускник и педагог ВХУТЕМАСа, а с 1955 года ректор МВХПУ (б. Строгановского). Был минометчиком, его расчет принял бой в районе деревни Яблоново и отходил по приказу одним из последних.
[7] Воспоминания З.Н. Быкова. Семейный архив.
[8] Из истории московского народного ополчения. С. 89
[9] Народное ополчение Москвы. М., 1961. Отметим, что Берестов в своих воспоминаниях ни разу не упоминает Тихомирова.
[10] Франц Шаттенфро (Шаттенфрох) - Franz Schattenfroh – генеральный консул, представитель МИД при командовании 4-й армии
[11] Приложение 1 было ранее опубликовано Игорем Петровым: https://labas.livejournal.com/1159633.html
[12] Подтверждений того, что Тихомиров когда-либо работал в аппарате у Тимошенко пока не обнаружено.
[13] В действительности Тихомиров был старшим политруком 1 сп 60 сд (1 ДНО Ленинского района). Звание старший политрук соответствовало воинскому званию капитан.
[14] Установить название завода пока не удалось, возможно, что Тихомиров был парторгом одного из заводов Ленинского района.
[15] Так называемый Хавско-Шаболовский комплекс, который был построен в конце 20х годов. Находится между современными улицами Шаболовка, Лестева, Хавской и Серпуховским валом. Все дома имели единый номер 11, но отличались по номерам корпусов и имели сквозную нумерацию квартир. Семья Тихомирова проживала в корпусе 14, сейчас это дом №28 по Серпуховскому Валу. Спасибо за помощь в определении номера дома Инне Дробинской, сотруднику проекта «Последний адрес».
[16] В оригинале: Politruks
[17] Очень часто, если не в большинстве случаев, попавших в плен немецких солдат убивали. Пленным командирам РККА часто задавали вопрос об обращении с немецкими пленными и обычно они заявляли, что обращение с пленными было хорошим.
[18] Это довольно неожиданно т.к. постановление ГКО №740 о проведении «специальных мероприятий» было принято 8 октября и Тихомиров не мог о нем знать.
[19] До 1946 года так назывались Министерства.
[20] Тихомиров называет себя подполковником, хотя он старший политрук (капитан). Вероятно, он срезал с себя знаки различия комиссара и присвоил себе более высокое звание, что давало возможность оказаться в лагере для старших командиров. Срывание командирами и комиссарами знаков различия было строжайше запрещено приказом №270 и каралось немедленным расстрелом.
[21] Возможно, это было 11 октября – на это указывает дата пленения в картотеке РГВА.
[22] Дословно написано: всероссийской коммунистической партии
[23] Генерал-майор Котельников Леонид Иванович. Пропал без вести при выходе из окружения.
[24] Действительно, летом 1941 года были распространены слухи о том, что внутри неразорвавшихся бомб песок или опилки, что является помощью немецкого пролетариата. Особенно такие слухи были распространены в Ленинграде в конце сентября, начале октября, часто упоминалась больница Эрисмана в которую попала 1000-кг бомба внутри которой был чуть ли не сахарный песок и записка именно такого содержания: «чем можем, тем поможем», что нашло отражение в блокадных дневниках.
[25] Удивительным образом Тихомиров предсказывает события зимы 1941-1942 годов, включая ведения партизанской и диверсионной войны в немецком тылу.
[26] Буквально: Menschenmaterial – человеческий материал
[27] В оригинальном тексте Kerlik, Literinow. Пока непонятно о ком может идти речь.
[28] См. стр. 92-93
[29] Народное ополчение Москвы. С. 129

Posts from This Journal by “1 ДНО” Tag

  • Ополченец, танкист, Герой Советского Союза ?

    Ранее я уже упоминал про танковые роты в дивизиях народного ополчения, по их поводу даже было выпущено постановление ГКО, правда оно касалось…

  • Два генерала

    В новогодние каникулы я перечитывал материалы по 1 ДНО (60 сд) об октябрьских боях. Ее командир генерал-майор Леонид Иванович Котельников во многих…


promo gistory march 6, 2014 20:25 14
Buy for 1 000 tokens
Ищу родственников тех, кто строил оборонительные на московском направлении, а также любую информацию связанную с этим. Воспоминания, фотографии, газетные вырезки, все что может рассказать о событиях лета-осени 1941 года. Значительную долю строителей составляли москвичи, но вместе с ними работали…

  • 1
ну мы уже обсуждали
https://gistory.livejournal.com/315476.html
в общем, я за вязьму!

Котельников не командовал какой-то "группой", а вместе со штабом отходил к вязьме. Это вполне принятая военная практика, можно сказать его обязанность. Почему воробьев о нем не вспомнил, я не знаю.. Т.е. даже штабы теряли командиров, ну, или наоборот ::-- у нас это было в порядкe вещей.

У варшавского шоссе сдалась оч. большая масса бойцов, есть про это пара предложений в дневнике зенитчика. Но это, видимо, другой случай, хотя надо посмотреть на карте, где именно находился штаб 7 АК на тот момент.

Да, в этом странность. Могли его "потерять" при обстоятельствах, которые они не хотели вспоминать.
Например, командир 162 сд получил контузию и оставленный умер от истощения. Его нашли в июле 1942 года.
И это был не единственный случай

>что допрос шел в Спас-Деменске,
хм.. вобщето похоже на то-- 13 октября записал немец в своем дневнике, дескать большая масса вышла из котла у варшавского шоссе. Преувеличение в 6-7 раз вполне возможно!
https://grossgrisly.livejournal.com/104883.html

Да, очень похожий случай. Там могли оказаться и бойцы 173 сд.
Как раз лесной клин между Варшавским шоссе и дорогой на Всходы.

я бы сказал: 60-я и осталась сев. спас-деменска. Вот что выкладывал Александр Милютин
7.10.41 Т 314 R348 файл 0955 фр.0
7 ак 1ц
Общая оценка формирований пр-ка.
1….
в) севернее рольбана Спас-Деменск – Ельня
1-я (ленин) рез сд (=60 сд) со стр полками 1 (1281), 2 (1283), 3 (1285) и 969 ап
303 сд со стр полками 845, 847, 849 и 844 ап.

так что немец может и не ошибся с числами ок 10 тыс пленных

  • 1