?

Log in

No account? Create an account
gistory, Gistory_ru

gistory


gistory

История с Географией


Previous Entry Share Flag Next Entry
Партизанская атака на Угодский Завод. Часть 1
gistory, Gistory_ru
gistory
«В ноябре 1941 г. руководству Управления НКВД МО от партизанского отряда Угодско-Заводского района стало известно о размещении в г. Угодский Завод штаба 12-го немецкого армейского корпуса и около 4 тысяч немецких солдат и офицеров с вооружением и техникой», - так начальник штаба истребительных батальонов УНКВД Московской области подполковник Филиппов описывал причину, побудившую провести операцию в городе Угодский Завод.

По официальной, много раз тиражируемой версии, она была очень успешной: сводный партизанский отряд УНКВД МО в количестве 300 человек, не смотря на значительно превосходящие силы противника справился со сложной задачей. Этому событию была посвящен целый абзац вечерней сводки Совинформбюро за 29 ноября 1941 года: «Получено сообщение о большом успехе партизан, действующих в оккупированных немцами районах Московской области. 24 ноября несколько партизанских отрядов под командованием товарищей Ж., К., П., В., объединившихся для совместных действий против оккупантов, совершили налёт на крупный населённый пункт, в котором расположился штаб одного из войсковых соединений немецко-фашистской армии. Ночью после тщательной разведки славные советские патриоты обрушились на ничего не подозревавшего врага. Прервав сначала всякую связь немецкого штаба со своими частями, партизаны затем огнём и гранатами уничтожили несколько больших зданий, в которых расположились воинские учреждения фашистов. Разгромлен штаб немецкого корпуса. Захвачены важные документы. Отважные бойцы-партизаны перебили около 600 немцев, в том числе много офицеров, и уничтожили склад с горючим, авторемонтную базу, 80 грузовых машин, 23 легковых машины, 4 танка, бронемашину, обоз с боеприпасами и несколько пулемётных точек»[1].

В последствии эта версию неоднократно ставилась под сомнение, даже высказывались предположения, что «боя не было»[2]. Ставилась под сомнение и цель операции, по доступным документам никакого штаба 12 АК в Угодском Заводе не было, так как штаб корпуса в это время находился в Тарутино[3].

Полученные недавно документы XII АК проливают дополнительный свет на события ночи 24 ноября 1941, в том числе раскрывая цифры потерь сторон. Постараемся свести вместе доступные нам источники. Кроме сведений доступных в сети интернет и книге «Чекисты на защите столицы», удалось найти интересные материалы в фондах ЦГА Московской Области.


Карта для рассматривания. По клику можно скачать оригинал формата А2


Во-первых, сразу раскроем потери, которые понесли стороны. Согласно немецким данным вермахт потерял 13 человек убитыми, включая одного офицера финансовой службы 52 батальона связи (Oberzahlmeister Ling N.A. 52), двух солдат из 177-го дивизиона штурмовых орудий, трех медработников и двух пациентов 260 полевого лазарета. Раненых было примерно в 3-4 раза больше – 59 человек, включая 7 офицеров.

Сводный отряд по немецким данным потерял 36 человек убитыми и 4 пленными. Позже во время операции преследования, были обнаружены носилки с раненым в ногу бойцом, которого застрелили в голову. Также, был схвачен командир местного партизанского отряда Михаил Гурьянов, бывший до войны председателем исполкома Угодско-Заводского райсовета, которого казнили 27 ноября. Всего минимум 42 человека.

Потери партизан, которых придерживается официальная версия: 18 человек убитыми и 8 раненых[4]. Правда, сейчас некоторые называют цифры в 18 убитых, 87 раненых и 37 пропавших без вести[5]. Сложив убитых и пропавших без вести получим 55 человек, что близко к немецким данным. Не исключено, что немцы обнаружили не всех погибших т.к. в ходе боя нападавшие отошли в лес, где могли остаться и замерзнуть некоторые раненые.

В документах XII корпуса приводятся показания трех из четырех захваченных пленных них, что дает возможность восстановить картину подготовки к операции. В плен попали: Николай Карташов (на братской могиле в городе Жуков есть имя партизана Николая Федоровича Карташова погибшего 24.11.1941), Сергей Калугин (1915 гр) и радист Кипелов (Kiepelow) 22 лет, родом с Урала.

Радист Кипелов, который был призван в армию еще в 1939 году, рассказал, что группа в 330 человек находилась примерно в 20 км к югу от Москвы. Командиром группы был капитан, фамилию которого он не знал, и по его говору он не был похож на русского.  Отметим, что капитан Владимир Жабо был литовцем, хотя и родился в городе Алчевск (ныне территория ЛНР). Но возможно, что имелся ввиду и какой-то другой капитан. Также есть информация, что в ноябре отряд Жабо находился на бывшей даче Максима Горького в Горках-10, она действительно расположена в 20 км юго-западнее от тогдашней границы Москвы.

По словам Кипелова, отряд был разделен на 7 групп, командирами которых были 2 лейтенанта, 3 младших лейтенанта, сержант (Feldwebel). Командиром его группы был назначен гражданский «бывший член ГПУ».

В справке начальника штаба истребительных батальонов УНКВД МО подполковника Филиппова говорится, что отряд был разбит на 8 групп, но указываются командиры только 7 из них, правда, их звания повыше. Имена и отчества даны по списку награжденных[6].

  1. Лейтенант госбезопасности Бабакин (Бабыкин) Вадим Николаевич

  2. Капитан Жабо Владимир Владиславович

  3. Капитан Карасев Виктор Александрович (в наградном списке он лейтенант)

  4. Лейтенант Пигосов (Пигасов, Пегасов) Григорий Иванович

  5. Старший лейтенант госбезопасности Каверзнев Дмитрий Кириллович

  6. Младший политрук Лившиц Израиль Фейвелевич

  7. Младший лейтенант милиции Шивалин Николай Васильевич – командир боевой истребительной группы коломенского РО УНКВД, в этом списке награжденных не найден.

В «Донесение о действиях свободного партизанского отряда особого назначения», представленным старшим лейтенантом ГБ Каверзневым и лейтенантом ГБ Бабакиным называется командир 8 группы – лейтенант Филиппович Константин Гаврилович.

Другой пленный, инженер-технолог из Москвы Карташов сообщил, что командиром отряда был лейтенант Карасев, он также назвал младшего лейтенанта Новикова, Еременко (партизан Еременко Николай Павлович), Лебедева (Лебедев Николай Иванович, сержант ГБ, зам начальника Угодско-Заводского РО НКВД). Сам Николай Карташев, по его словам, оказался в этом отряде довольно случайно: в сентябре он был мобилизован «на окопы» в строительный батальон. Он работал в районе Белоусово (рядом с нынешним Обнинском), после чего отошел в направлении Подольска, где он был задержан, и направлен в заградительный отряд. 5 ноября, вместе с 15 другими такими же задержанными он был отправлен на Нару в район Ченцово. Правда само Ченцово находилось на немецкой стороне, потому в немецком документе сделано предположение, что находился он в районе Муковнино.
Третий пленный, Сергей Калугин, токарь из города Люберцы, 1915 года рождения, рассказал, что был призван в ополчение в октябре, где прошел десятидневный курс подготовки (вместе с тысячами людей), после чего 15 ноября он оказался в районе Булгаково – Ченцово. Своим командиром он назвал гражданского «по имени Леша» - в списке награжденных есть только один Алексей – партизан Алексей Николаевич Басов.

Также Карташов назвал следующие фамилии: Исаев (Яков Кондратьевич, партизан житель Угодского Завода), Карев, Гурьянов (Михаил Алексеевич, комиссар партизанского отряда, председатель исполкома Угодско-Заводского районного Совета) Якушин, Синельщиков, Курбатов, Толкачев и работника НВД Кирюшина (возможно Иван Никифорович), которого он видел в Ченцово, но тот уехал обратно в Москву.

Радист Кипелов рассказал, что 12 ноября они получили и сразу надели по две пары нижнего белья, и на грузовиках были отправлены в район деревни Дмитровка, которая находится в 2 км от Стремилово и 8 по прямой от Ченцово.

Одежда нападавших была отдельно отмечена в документах штаба 12 АК: два-три слоя нательного белья, стеганые штаны, шерстяные куртки – это то, в чем они атаковали Угодский Завод. В лесу, под охраной, была оставлена тяжелая и стесняющая движение в бою одежда.

По немецким данным группы были очень хорошо вооружены: самозарядными винтовками, пистолетами пулеметами ППД, гранатами, в том числе противотанковыми[7] и винтовочными, бутылки с зажигательной смесью. На весь отряд имелось два станковых пулемета и 4 ручных пулемета. Кроме того, в отряде были несколько приборов для бесшумной стрельбы – одна такая винтовка была захвачена немцами. Они отметили, что боеприпасы для нее были с зеленой маркировкой – обычно так отмечали трассирующие патроны. Также имелись и бронебойные патроны с черно-красной маркировкой.

Пленные рассказали, что отряд формировался из добровольцев, а в его составе были «настоящие орлы» (Richtige Adler), «смельчаки» (Teufelskerle). Среди бойцов отряда были парашютисты и возможно обслуживающий персонал аэродромов. Во всяком случае, один из участников операции, Георгий Александрович Шидловский, ранее служил в батальоне аэродромного обслуживания ВВС. Это сподвигло немцев на вывод, что у противника закончились самолеты и ему приходится использовать парашютистов и летчиков в качестве диверсантов.

Сводный отряд действительно был сводным, достаточно пестрым и возник почти случайно. Во всяком случае в докладе Каверзнева и Бабакина говорится, что: «14 ноября 1941 года два партизанских отряда общей численностью 47 человек Каверзнева и Бабакина выступили из Москвы к линии фронта. Отряды имели задание проникнув в глубокий тыл противника объединиться с действующим в тылу местным партизанским отрядом под командованием мл лейтенанта Карасева, привлечь находящиеся в этом районе мелкие истребительные группы партизан и совершить соединенными силами нападение на районный центр Угодский Завод. По данным разведки отряда Карасева, в Угодском заводе были дислоцированы штаб и воинские подразделения немецкой армии».

То есть, ни о каких других группах они на тот момент не подозревали и были готовы действовать имевшимися силами. Надо отметить, что отряды Каверзнева и Бабакина лишь недавно вышли с оккупированной территории «В ночь на 9.11.41 отряд Бабакина благополучно перешел линию фронта и в полном составе прибыл в город Серпухов». Среди особо отличившихся в рапорте отмечается «Мед сестра отряд Конькова, 1913 гр[8]. член ВЛКСМ бывшая мед сестра Люблинского истребительного батальона».
Через день «15 ноября 1941 года в 8-00 часов утра, на основании указания начальника Коломенского РО УНКВД МО ст лейтенанта госбезопасности Коробкова, группа в составе 17 человек была направлена в распоряжение начальника Серпуховского РО УНКВД МО тов. Иосифова, куда прибыла 16.11-41г. в 12-00 час», - докладывал позже командир спецгруппы младший лейтенант милиции Николай Шивалин. В его группе было 17 человек: 8 милиционеров из боевой истребительной группы Коломенского РО НКВД и 9 бойцов Коломенского истребительного батальона №52[9].

К этому времени отряд Каверзнева и Бабакина искали место перехода линии фронта и пытались установить связь с партизанским отрядом лейтенанта Карасева. Судя по всему, сплошной линии фронта там не было, но и расположение частей противника, его постов или засад не было точно известно.
«15 ноября вышли в направлении деревень Бутырки Скребухово-Терехунь для перехода линии фронта. Переночевали в деревне Терехунь. Утром 16-го ноября отряды выслали разведку из 6 партизан под в направлении разъезда Буриново намеченному для перехода линии фронта.
Разведка установила, что переход линии фронта в районе деревни Бурино разъезд Буриново невозможен из-за активизации действующих сил противника. Дополнив данные, полученные нашей разведкой … решено перейти фронт в районе деревень Буриново – Рыжково».

«17.11 в 10-00 отряды, выслав вперед разведку, выступили к сторожке лесника, расположенной в 2-х километрах от деревни Терехунь, которую по данным командования разведбатальона, немецкие разъезды используют в качестве отдыха и наблюдения за передовой линией фронта, для ее уничтожения. Подойдя к сторожке, разведка обнаружила 4х немецких кавалеристов, уезжавших от сторожки. Выделенная двумя группами под руководством Каверзнева и Бабакина, сторожка и прилегающие к ней строения были сожжены».
Далее отряд планировал двигаться «по азимуту 240 в направлении древни Малое Леташево для соединения с отрядом Карасева», но обходя участок выгоревшего леса они подошли к деревне Рыжково и обнаружили, что та занята немцами, а рядом строятся блиндажи и натягиваются проволочные заграждения. Отряду снова пришлось отойти в лес «массив от деревни Рыжково на 800-1000 метров расположились лагерем для ночевки и ведения разведки». Утром разослали разведку буквально во все стороны. Все они натыкались на немцев и только группа, отправленная буквально к себе в тыл, «вышедшая по азимуту 60, попала в расположение передовых частей Красной Армии, занимающих обороны в районе деревень Ченцово и Муковнино, где установила, что в деревне Муковнино находится партизанский отряд под командованием Карасева».

Таким образом отряд Каверзнева и Бабакина поплутав на немецкой стороне, в 16-30 18 ноября прибыл в деревню Муковнино, где соединился с отрядом Карасева.
«В течении 19 и 20 ноября командование отрядов разработало оперативный план нападения на Угодский завод. Так как в деревне Муковнино была расположена часть отряда особого назначения Западного фронта под командованием капитана Жабо, имеющая аналогичное задание по уничтожения того же объекта, на совещании командиров было принято решение о проведении совместных действий, по разгрому сил противника, дислоцированных в Угодско-Заводском районе. Тут же к отрядам присоединилась группа Коломенского РО НКВД под командованием младшего лейтенанта милиции Шивалина», который в своем докладе также упоминает эту встречу.

Всего в сводном отряде было 302 человека из них 98 партизан и 204 бойца отряда особого назначения. К партизанам относятся отряды Карасева (состоящий из местных жителей) и Каверзнева-Бабакина, к остальным надо причислить не только бойцов Жабо, но и Коломенский отряд и, наверное, тех, кто был вместе Карташовым. Уровень их подготовки был очень разным. Если партизаны уже имели боевой опыт и навыки выживания в зимнем лесу, то для многих из отряда Жабо это была первая «командировка» такого плана.

«19.11-41 в 15-32 сводный отряд …  выступил из деревни Муковнино», - докладывают Каверзнев и Бабакин. «21.11 в 17-00 с проводником из партизанского отряда тов. Карасева, перешли линию фронта и к 24-00 часам 22.11 прибыли в лес, расположенный близ центра Угодо-Заводского района», - уточняет Шивалин.
«Линию фронта переходили под вечер 19 ноября. Стоял трескучий мороз, но мы были тепло одеты (ватные стеганки под шинелью, ватные брюки, валенки) и мороз ощущали только лицом и руками. Тепло, даже жарко было и от груза, который мы несли: вещмешки с продуктами, гранаты, бутылки с горючей смесью. Вооружены были в основном полуавтоматическими винтовками СВТ или автоматами ППШ. Переходя замерзшую Нару, встретили саперов 17-й стрелковой дивизии. Они проложили нам проходы в минных полях. Провожали нас односложной фразой: «Желаем вернуться!» И в этих словах ощущалось сочувствие. Взгляд тех ребят врезался мне в память...»[10], - вспоминал Шидловский.
Эту же дату указывают в своих показаниях Карташов и Калугин. А вот Кипелов утверждал, что переход состоялся 14 ноября.

Выход к Наре вероятно был осуществлен незаметно в долине ручья, после чего отряд гуськом ушел в лес, который в этом месте непосредственно примыкал к реке. Идти было не очень далеко – до урочища Ясная поляна около 20 км по прямой, правда шли они чуть ли не два дня. По словам пленных, их путь пролегал мимо населенных пунктов Барсуки и Комарово.
В 2 км от Ясной поляны, куда они дошли 22 ноября, отряд стал лагерем «на 30 костров». Здесь для него уже были заготовлены дубовые дрова (немцы указали размер поленьев 50 x 10 x 3 см). Возможно, также где-то рядом была площадка для посадки самолета и дрова были нужны для сигнальных костров.

В хуторе Ясная поляна у Карасева было одно дело: необходимо было ликвидировать бывшего десятника лесхоза Богана, который согласился сотрудничать с немцами по розыску партизан. На эту операцию Карасев пошел всего с двумя бойцами и обнаружил, что пришел вовремя, так как, в это время у Богана находился немецкий офицер и дюжина солдат.
«В разговоре, который отчетливо был слышен, немецкий офицер задавал Богану вопросы о наличии в районе партизанских отрядов. Жена Богана рассказывала, что партизаны дохнут от голода и холода и что она их ненавидит. Командир отряда Карасев открыл по группе стоявших у крыльца огонь из ППД и бросил ручную гранату. Одновременно партизан Раусов, зайдя с другой стороны дома, бросил в группу гранату Ф-1 и также открыл огонь из ППД. Партизан Токарев поддерживал Раусова и Карасева огнем из винтовки после прекращения стрельбы были слышны стоны раненых и крики жены Богана. В дальнейшем было установлено, что в результате этой операции убито 20 человек немцев и предатель Боган, ранены его жена и дочь и выведена из строя автомашина».

В документах 12 АК этот эпизод не нашел отражения, но едва ли гибель 20 солдат и офицера прошла бы незамеченной и не вызывала бы ответной реакции. Тем более, что хутор находится рядом со Старой Калужской дорогой. Такой шум рядом со стоянкой и на направлении удара сводного отряда на Угодский завод мог бы помешать основной операции.
А до нее оставалось совсем мало времени.

Продолжение следует.


[2] Клим Дегтярев. Супермены Сталина. «Бой, которого не было».
[4] Чекисты на защите столицы. 1982 С.130.
[5] Супермены Сталина
[6] ЦАМО Ф. 33. Оп. 682524. Д. 328.
[7] В документе указано, что вес гранаты 3 кг, но скорее всего имелись ввиду общий вес выданных гранат.
[8] В показаниях пленных говорится о 20 летней девушке, возможно ей было и 28 лет.



Posts from This Journal by “партизаны” Tag


promo gistory march 6, 2014 20:25 14
Buy for 1 000 tokens
Ищу родственников тех, кто строил оборонительные на московском направлении, а также любую информацию связанную с этим. Воспоминания, фотографии, газетные вырезки, все что может рассказать о событиях лета-осени 1941 года. Значительную долю строителей составляли москвичи, но вместе с ними работали…

  • 1
очень интересно. спасибо за труд

Группа Жабо подчинялась отряду Иовлева (иногда ее называют группой Латышева) и должна была с ней соединится. Но, за несколько часов до начала операции Жуков вызвал Жабо к себе, и поменял им задачу. Отряд Иовлева, (372 человека), прождал Жабо на переправе через Нару в Муковино, но не дождался и ушел по своему плану операции. Вообще атаки на Угодский завод было две, в течении короткого промежутка времени. Одна проводилась отрядом Иовлева, вторая Жабо. Но сама опирация проходила странно. Вместе эти сводные отряды насчитывали 600 чел. Но кроме непонятных вошканий по селу и захвату Синсовхоза (с уничтожением двух домов с оккупантами и штабной радиостанцией)ни чего толком не сделали. Есть ощущение, что и не пытались. Отряд Иовлева потерял при этом семь человек.
Есть предположение, что Жуков на личной встречи с Жабо поручил ему вывести из Угодского завода когот то из своей семьи. А потом это представили как разгром партизанами немецкого штаба.

Edited at 2018-03-21 09:54 am (UTC)

Так и Жабо был фактически в Муковнино. Другой атаки в это же время на Угодский Завод по моим данным не было.
Возможно Иовлев атаковал что-то другое или в другое (более позднее время).

Иовлев атаковал совхоз, который находился в возле деревни Угодка на дороге в Ясную поляну.
"На следующий день, после тридцати пяти километрового ночного перехода (днем немного поспали на снегу) мы подошли по железной дороге к ЯСНОЙ ПОЛЯНЕ. Отсюда, разбившись четыре группы, произвели атаку. Наша группа под командованием лейтенанта Губарева ворвалась в Свинсовхоз, где разгромили штабную радиостанцию автомобиль, и сожгли два дома с оккупантами и бочки с горючим. Уничтожили пулеметную точку. Вторая группа ворвалась в сам Райцентр со стороны МИХАЙЛОВКА. Атака длилась не долго. Они сожгли три дома с оккупантами, Затем майор Иовлев решил отвести отряд. Еще две группы уничтожили гарнизоны оккупантов на в деревнях УГОДКА и РОСЛЯНОВКА, на окраине УГОДСКОГО ЗАВОДА"

Прочел куски. Действительно любопытно.

Вероятно отряд Иовлева ушел, встретил у переправы возле Нары часть отряд Карасева. Дальше он пошел на юг в сторону Высокиничи (прошло Комарово пересекли железную дорогу).

Жабо с другими отрядами пошел сразу на Угодский Завод и атаковал его.
Иовлев не знал об этом и также собирался атаковать.

"На эту же базу пришла Дуся, которая была в Угодском заводе три дня. Её встретили и привели в отряд. Она подтвердила, что в районном центре полно фашистских офицеров, много танков, орудий. У околицы она видела трупы молодых ребят, в форме. Лица изуродованы, одежда изорвана. На столбе надпись –«уничтожены за шпионаж и диверсии»."

Дуся скорее всего видела бойцов погибших при прошлой атаке.

Атака Иовлева пришлась на объекты, которые не было в достаточной степени повреждены при первой атаке. В Свиносовхозе был транспорт. Скорее всего они наткнулись на мощный пулеметный огонь, тк после первой атаки немцы перестроили систему обороны ужесточив ее, и потеряв 7 человек ушли.


PS. Я думаю, что родственников Жукова можно было вывести по-тихому никого не атакуя и не беспокоя.


Я сводил воедино информацию об обоих отрядах. Со слов Пигарева, отряд Иовлева атаковал Угодский завод на два дня раньше. Но возможно он путает даты. Хотя текст написан не позднее 43 года

Да был, но появился он там на день позже. И Иовлев прождав его сутки.

Иовлев-- это генерал?--вот это поворот! Интересно как он там оказался?

полковник, раз командовал 64 сд под Минском!
http://www.rkka.ru/i22.htm

У меня есть про него записи. Сейчас гляну.

Да. Полковник. Точно

Связь и координацию между отрядами Карасева и Ивлева обеспечивал Яков Исаев. который и встречал и провожал обратно отряд Иовлева.
Выходили отряды на свой берег возле хутора Гущино

Edited at 2018-03-21 09:59 am (UTC)

Карасев был фактически местным, т.к. руководил местным партизанским отрядом.

Спасибо, интересно.

В книге Овидия Горчакова "Вне закона", которую сейчас читаю, прочел про этот эпизод войны. Автор который стал писать эту книгу сразу после войны, описывает его со слов сослуживцев вот так. Диалог описываемый в книге идет в июне 1942 года, но в сети указывается что Горчаков был закинут в Могилевскую область в марте 1942.


— Вижу, вижу… Я тебе, как новичку, говорю — у нас первым-наперво чтобы один за всех, все за одного… Да, зимой, может, всех нас Самсонов спас!.. Вот послушай, в какой переплет мы попали под Сухиничами…
Недавнюю историю эту я уже не однажды слышал в Москве, но каждый раз волновала она меня с новой силой. Ведь рассказывали мне ее сами участники по горячим следам, и с ними я готовился к новым «переплетам»…
Георгия Самсонова, старшего нашей группы, знали на Красноказарменной как волевого и умного командира. А это было немало в воинской части особого назначения при разведотделе штаба Западного фронта, которую прославили такие, например, командиры, как капитан Владимир Жабо: сводная группа отрядов под его командованием в конце ноября сорок первого уничтожила под Москвой, в поселке Угодский, завод, штаб фашистского армейского корпуса — вместе с его командиром генерал-майором Шроттом. А корпус этот, по плану Гитлера, должен был первым вступить в Москву...

Edited at 2019-06-01 11:02 am (UTC)

  • 1