gistory, Gistory_ru

gistory


gistory

История с Географией


Previous Entry Share Next Entry
Кравцов Г.Л. Память... Часть 10
gistory, Gistory_ru
gistory
Крах величия

Гитлер, одержимый манией величия, опьяненный легкими победами в странах Западной Европы, уверовав в непобедимость своего воинства, поспешил заблаговременно увековечить свои будущие победы созданием в корне обновленного. Берлина, который, по его разумению, лучшим образом соответствовал бы званию столицы величайшего государства в мире - Германии. Он мыслил создать новый архитектурный стиль в градостроительстве, который бы на века оставил память об эпохе национал-социализма. Помпезность и грандиозность - эти два понятия должны были быть доминирующими и наиболее полно реализованными в проектах будущих сооружений в новых берлинских кварталах. Главным же зданием столицы вселенной он считал дворец Победы - самое крупное сооружение на земном шаре, увенчанное гербом "третьего рейха" с фашистской свастикой.

Идея создания такого дворца пришла в воспаленную голову фюрера очень давно, но обрела конкретные формы в пору Мюнхенского соглашения, давшего Гитлеру надежду стать повелителем мира, возглавить супер-государство фашистов, простирающегося от берегов Ла-Манша до Уральских гор. В 1936 году в Германии проходили Олимпийские игры, в которых принимали участие сотни спортсменов из многих стран мира. И вот в один из дней произошел случай, показавший весь звериный облик фюрера: прославленный американский спортсмен негр Дженси Оуенс, ставший олимпийским чемпионом, сияя от счастья, подбежал к трибуне, в надежде получить поздравление от главы государства - устроителя Олимпийских игр. Но Гитлер, стоявший на трибуне демонстративно, отвернулся, чтобы не пожать руку чернокожему человеку.

"Да, - обращаясь к своему личному архитектору Альберту Шпееру сказал Гитлер, - в 1940 году очередные Олимпийские игры состоятся в Токио. Но это не страшно, это будут последние Олимпийские игры не на немецкой земле, а потом уже до конца времен они будут проходить только в Германии, и только на этом стадионе, и каким будет этот олимпийский стадион, будем определять только мы"[i].


Однако идеи о грандиозных сооружениях и даже готовые проекты - это лишь, так сказать, бумажная, документальная сторона дела, а вот сотни тысяч тонн окончательно обработанных деталей представляли собой реальность, ибо речь шла о конкретном воплощении идей и проектов в жизнь. На изготовление деталей, блоков требовались огромные затраты - людские и материальные. Но у Гитлера уже были оккупированные и "присоединившиеся" страны, чья экономика работала на "третий рейх", были поставщики военно-стратегического сырья и других материальных благ. Было кого грабить! Строителям мемориалов часто думалось, почему, кроме огромных запасов гранита и мрамора, не были заготовлены другие материалы? Высказывания Гитлера о конструкции задуманных сооружений несколько прояснили этот вопрос.

"... Я не хочу, чтобы куски ржавого железа портили вид этих исторических руин, которые и через 1000 лет должны выглядеть достойными той эпохи, в которую они были созданы".[ii]Вот, оказывается, в чем секрет! Вот почему основным материалом должен быть гранит. А, может быть, и потому, что металл нужен был для других целей? Недавно довелось прочитать одну из глав мемуаров, изданных отдельной книгой, небезызвестного Альберта Шпеера, которые пролили свет на многие недоуменные вопросы.

В свое время этот придворный архитектор Гитлера, автор проекта имперской канцелярии (рейхсканцелярии) в Берлине, павильона Германии на Парижской выставке 1937 года, известного нюрнбергского стадиона, сделал головокружительную карьеру. В  последние годы титул этого фашистского деятеля звучал так: "Главный архитектор империи, генеральный инспектор шоссейных дорог, генеральный инспектор по вопросам водной энергии, руководитель отдела эстетики труда и организации "Сила через радость", председатель имперского совета по вооружению, министр вооружения и боеприпасов, генеральный уполномоченный по вооружению четьтрехлетнего плана". К слову сказать, он лишь спустя двадцать лет после Нюренбергского процесса покинул тюрьму Шпандау, где отбывал 20-летнее заключение по приговору Международного трибунала в Нюренберге. В одиночной камере за эти годы у него было более чем достаточно времени, чтобы обрести ясность, додумать до конца свой пройденный путь.
Это он по заданию Гитлера разработал проект дворца-памятника в честь несостоявшейся победы гитлеризма над миром. В своих изданных в Западном Берлине мемуарах, насчитьтваюших 612 страниц, Шпеер подробно описывает этот проект, посвятив ему специальную главу "Земной шар". Автор мемуаров пишет, что мыслилось гигантское сооружение, перед которым бледнели бы и Египетские пирамиды, и библейская Вавилонская башня, и "Эмпайр Стейтс билдинг" и прочие чудеса строительства. Комплекс предусматривал множество помещений: жилые покои фюрера, имперскую канцелярию, помещения для верховного командования, приемные и банкетные залы, столовые и т.д. и т.п. Но главным в этом своеобразном памятнике всемирной победы национал-социализма была его центральная часть - купольный зал - "Купен-Халле" - ("Вирензалле"). Он был задуман авторами, как культовое здание, которое для нацистов должно иметь такое же назначение, как собор святого Петра в Риме для католиков, но объем его в 17 раз превышал бы объем всего Ватиканского собора. (Стоит, пожалуй, напомнить, что великому Микельанджело потребовалось около 4-х лет только для того, чтобы изготовить деревянную модель купола Римского храма). Для отделки купольного зала предусматривались самые изысканные строительные материалы. Внутри его намечалось устанавливать мраморные пилоны разной гаммы цветов высотой 24 метра каждый. Планировалось широкое применение золотой мозаики. Против входа - огромная ниша шириной 28 метров и высотой 50 метров.
Еще более пышным был задуман фасад "Купен халле".

Квадратное строение из светлого гранита, длиной и шириной по 314 метров и высотой 70 метров должно было служить пьедесталом для этого сооружения. На этот внушительный цоколь ставился главный купол диаметром 250 метров и высотой 220 метров. Купол представлялся в виде огромного горного массива; металлический каркас купола покрывался листовой медью. Все это говорит о размахе и помпезности затеи Гитлера и его придворного архитектора. 180 тысяч человек намечалось разместить под сводами такого купола, чтобы они могли слушать своего фюрера. Гитлер вполне представлял себе, как будет обращаться в этом грандиозном зале к своим поданным, как будет произносить исторические речи, которым суждено жить в веках. Он был весьма доволен проектным решением расположения парадного зала приемов: предусматривалось, что прибывающие к нему на аудиенцию вынуждены будут проделать огромный путь, чтобы почувствовать все величие вождя фашистов перед тем, как предстать перед его собственной персоной. Мыслилось, что роскошество сооружения подскажет им всю ничтожность собственной личности, психологически надломит каждого из них, заранее низведя пришельцев до уровня рабов. Полкилометра анфиладой помпезных залов и интерьеров нужно было бы обойти, чтобы, наконец, добраться до приемной фюрера! До этого не додумался даже Чингиз-хан...

Столовую в апартаментах Гитлера задумали размером 92х33 метра - 2944 квадратных метра. Это площадь современного 60 квартирного многоэтажного дома. А в день рождения Гитлера ему были торжественно преподнесены контуры дворца победы. На листах ватмана красовалась сравнительная таблица высот сооружений, которая очень импонировала рейхканцлеру: Бранденбургские ворота - 29 метров, рейхстаг - 75 метров, Дворец победы - 290 метров! Разработка проекта производилась под грифом строжайшей секретности. Гитлер, как вспоминает А. Шпеер, запретил даже подсчитывать стоимость всех затрат, когда он обратился к нему по этому вопросу.

"Никаких смет! - последовал незамедлительный ответ Гитлера. - Деньги на эти работы мы получим от плутократии Англии и Франции. На нас будут работать славяне, греки, прибалты -все эти неарийские народы, которых мы запряжем в Германское ярмо".

"Нет, не смета нам нужна! - повторял Гитлер - Необходимо срочно начать поставки наиболее трудоемких изделий - особенно гранита и мрамора. Разместить немедленно заказы на карьерах Германии, Швеции, Норвегии, Финляндии. Но все это должно быть проделано в строжайшей тайне. Я дам указание Гиммлеру подготовить специальные команды. Они построят причалы, подъездные дороги, склады, будут разгружать, складировать, а потом мы перевезем все, когда наступит время. А пока - никому ни слова..."
Выкормыш Гитлера Альберт Шпеер был черной душой этой широкомасштабной задумки бесноватого фюрера, он еще веровал в победу, в осуществление своей мечты - увековечить победу "третьего рейха" даже тогда, когда советские солдаты, неся страшные потери, обливаясь кровью, выстояли в боях и двинулись на Запад, чтобы принести возмездие фашистам и освобождение народам Европы, в том числе и немецкому народу. Но ничто уже не могло спасти гитлеризм. В 1945 году под ударами Красной Армии рухнул "тысячелетний" рейх, просуществовавший 12 лет, оставив после себя руины, хаос, миллионы калек, сирот и обездоленных.

В Нюрнберге - том самом Нюрнберге, где принимал парады фюрер и строил стадион Шпеер - состоялся суд народов над главными фашистскими преступниками. В их числе был и Шпеер, который избежал виселицы. Сидя в камере, он написал мемуары в которых раскрыл и тайну гранита, предназначавшегося для одного из строго секретных объектов гитлеровского рейха. Подсчитал и обнародовал объемы и примерную стоимость своего проектного детища, которое так долго вынашивал. Дворец победы превзошел все, что Альберт Шпеер до этого построил в стиле "эпохи национал-социализма", с его тягой к грандиозности и помпезности. Цифры по истине головокружительные: общий объем этого здания - 20 миллионов кубических метров, ориентировочная стоимость - более 5 миллиардов марок.

Принято считать, что вещи лучше всего познаются в сравнении. Приведем и мы некоторые сравнения: объем Исаакиевского собора в Ленинграде составляет 340 тыс. кубических метров.
Объем всех зданий Московского Государственного университета на Ленинских горах с их 37000 помещениями 2.718.590 м3.

Строительный объем проектируемого сооружения составил бы более 12.000.000 м3. Под еле заметным с земли фонарем на вершине купола крытого медью этого дворца победы разместился бы знаменитый 42-метровый купол собора Святого Петра в Риме.

Гитлер не согласился на более дешевый железобетонный каркас, потребовал применения стальных конструкций, чтобы в случае попадания в купол авиабомбы, его можно было легко починить. В другой раз, однако, в ответ на сомнения, что такой огромный купол явится прекрасным ориентиром для бомбардировщиков, он заявил: "Геринг заверил меня, что ни один вражеский самолет не появится над территорией Германии".
Ориентировочная стоимость дворца победы в 5 миллиардов марок невольно ассоциируется с другой такой же цифрой, которую раскопали историки, интересуясь сутью произрастания милитаризма, реваншизма и агрессии на германской земле. Работая над военной диссертацией, Вильгельм П. избрал такую тему: "Варианты фронтального наступления вглубь России". К концу своих "научных" изысканий автор, как и подобает прусскому "стратегу", поставил Россию на колени, отнял у нее западные губернии и взыскал 5 миллиардов марок контрибуции. Не правда ли - занимательное совпадение стоимостных выражений, в обоих случаях олицетворяющих эффект победы, но оказавшихся для правителей Германии роковыми.

После молниеносного захвата семи европейских государств - Австрии, Чехословакии, Польши, Норвегии, Голландии, Бельгии, Франции, Гитлеру уже казались, что просторы от Ла-Манша до Урала малы. Беспокойное, прямо-таки неуемное чувство вседозволенности, алчность, ненасытность, мания величия требовали еще больших просторов, приобретения новых земель, целых континентов. Недаром французы говорят: "С едой приходит аппетит". Фашистам нужен был весь мир. Гитлер потребовал от А. Шпеера изменить венчающую часть дворца победы: "Сделать, приказал он, - так, чтобы вершина купола завершалась орлом с распростертыми крыльями, который вонзает свои когти в земной шар". Ну что ж, символ, прямо скажем, более чем красноречивый. Орел, поднятый на высоту 290 метров, имел многометровый размах крыльев, и фюрер и его придворный архитектор всерьез обсуждали не будет ли орел постоянно закрыт тучами.

Гитлер торопил Шпеера с началом строительства. И тот старался. В непосредственной близости от рейхстага сломали ряд зданий, чтобы прорубить новую магистраль - аллею побед. Поначалу думалось убрать и сам рейхстаг. Но фюрер запротестовал.

Это здание ему нравилось, он рассматривал рейхстаг не как орган, осуществлявший какую-то государственную власть, а просто как памятник архитектуры. С властью, с единоначалием фюрер не намеревался делиться ни с кем. Он пояснил Шпееру, почему хочет обязательно реализовать все задуманное при своей жизни: "Поверьте мне, те, которые придут после меня, будут очень нуждаться в такой представительности. Многие из них смогут удержаться у власти только благодаря этому. Такие пространства с великим историческим прошлым возвышают даже маленького наследника до исторического значения"[iii].19 _ 19 460 Вот, оказывается, для чего так спешно сооружали множество причалов, железнодорожных тупиков, подъездных дорог и завозили такое огромное количество гранитных и мраморных блоков. Совсем не случайно для строительства причалов и складирования был выбран район Фюрстенберга, отдаленный от площадки будущего дворца победы на много десятков километров. Гранит переправлялся из Скандинавии морем в мелкосидящих баржах. У устья Одера баржи брали на буксир и тянули вверх по Одеру.

Неподалеку от этого населенного пункта берет свое начало система внутренних каналов, соединяющих в единое целое всю водную (речную) канальную систему внутренних водных путей Германии. Автор проекта предполагал, что гранит со склада будет доставляться на мелкосидящих баржах по каналам прямо в Берлин, непосредственно к строительной площадке дворца победы. Следует отдать должное экономическим расчетам Шпеера.
Огромные запасы гранита транспортировались самым дешевым способом: водным.
Побуждая своего гроссархитектора к форсированию строительства дворца и всего комплекса, Гитлер решил показать всему миру, что его стихия не только "Блицкриг" - молниеносно сокрушать, но и в кратчайшие сроки созидать. Он хотел удивить мир своим чудо-строительством. Зуд этого созидания увеличивался у фюрера по мере того, как он покорял страны и приобретал все более широкие "жизненные пространства" для немецкой расы.
Он все чаще стал говорить о том, что нужно все, до мелочи, рассчитать, подготовить, заготовить, чтобы, когда настанет время и он отдаст приказ, этот грандиозный комплекс вырос бы в центре столицы «третьего рейха» в фантастически короткие сроки. Эффект от такого блиц - строительства, по разумению Гитлера, трудно будет переоценить, ибо народы порабощенного мира поймут каким титаном является великая Германия и как всемогущ он, фюрер.

Все время, пока велась война А. Шпеер, занимая кучу должностей, и в том числе должность имперского министра вооружения и военной промышленности, продолжал оставаться архитектором.

В его сейфах, наряду с совершенно секретными документами о Чудо-оружии, хранился и проект Дворца победы. Всегда помнил о нем и Гитлер. Они ждали, когда придет время, наступит долгожданный час. Все было предусмотрено, не хватало самой мелочи - победы в воине против Советского Союза. А время работало против фашистской Германии. Чем дольше шла Война тем больше терялась уверенность нацистов в непогрешимости их доктрины блиц-крига, в способности одержать победу над Советским Союзом.

Под ударами Советской Армии сначала зашатались, а затем и вовсе рухнули надежды фюрера и его подручных завоевать Советский Союз, а там и весь мир. Все реже стали они вспоминать о складе в Фюрстенберге, который так пригодился нашим строителям берлинских мемориалов, а потом и нашим немецким коллегам, воздвигавшим памятники борцам с фашизмом.

В декабре 1941 года, в ходе контрнаступления под Москвой - советские войска взяли богатые трофеи. На железнодорожных станциях стояли эшелоны, груженные боевой техникой, продовольствием и другими ценностями. Но вот на одном разъезде наши воины захватили состав с какими-то непонятными гранитными блоками. Камни сверкали на солнце полированными гранями, удивляли сочетанием цветов, причудливыми рисунками, образованными игрой прожилок. "Зачем они здесь? - удивлялись бойцы.

- Неужели фрицы собрались строить из них доты?! Тогда на этот вопрос никто не мог дать ответа. Войска шли вперед, на стволах своих орудий, на башнях танков бойцы писали "На Берлин!" и  видимо, никому из них не могло прийти в голову, что они прикоснулись к одной из тщательно охраняемых тайн «третьей империи».
До Берлина еще нужно было дойти: впереди лежали почти четыре года кровопролитных боев, тысячи километров огненных дорог. Но советские воины свято верили в победу нашего правого дела. А в стошще гитлеровского рейха все еще планировали этот памятник.

Загадка была разгадана лишь много лет спустя. Эшелон с красным гранитом, захваченный нашими войсками в декабре 1941 года, был предназначен для памятника, который главари фашистского рейха думали установить в Москве. Наша столица, как известно, не пала, а фашистскому памятнику не суждено было подняться на ее улицах. Ну, а гранит пригодился.

Этим гранитом, - рассказывал народный архитектор СССР Д.Н. Чечулин, - облицованы первые этажи двух зданий на Тверской улице - между Центральным телеграфом и зданием Моссовета.
Множество и других памятников намечалось нацистами соорудить в разных странах подневольной Европы и Африки.

Только в 1978 году из небольшой статьи с иллюстрациями, опубликованной в польском журнале "Столица" (№ 19 от 8 мая 1978 г.) стало известно об этом. Доброжелатель журнала представил интересную публикацию Ганса Штефана, изданную на немецком языке в Ольденбурге в 1943 году. Богато иллюстрированное издание гитлеровской серии "Немецкие художники нашего времени" представляет некоего Вильгельма Крейса. Предисловие к публикации написал министр- вооружения и военной промышленности главный архитектор "третьего рейха" А. Шпеер - личный друг Крейса. Из предисловия узнаем, что Крейс, по оценке самого Гитлера, "прославленный великий строитель", является автором не приданных широкой гласности многочисленных проектов и моделей, которые в будущем должны стать памятниками славы немецкого оружии на покоренных землях.

104 иллюстрации этого издания явствуют, куда были нацелены кровавые нацистские стрелы. Самый большой памятник, с основанием, превышающим 500 метров, планировалось возвести над Днепром.
Города и страны, где замышлялось поставить памятники, были определены, проекты и макеты готовы. Дело оставалось за небольшим.

Как известно, история саркастически посмеялась над незадачливыми завоевателями, над их бредовыми идеями. Ненужными стали помпезные проекты угодливых придворных архитекторов, а заготовленные детали нашли достойное применение.

В конце 1948 года напомнили о себе фирмы ряда западных стран (кроме, немецких), которые форсировано выполняли заказ гитлеровской Германии по добыче и обработке гранитных изделий для "дворца победы". По неведомым каналам, и, по-видимому, в силу множества небылиц, распространявшихся в периодической печати о нашем строительстве, им стало известно, что строители мемориалов воспользовались теми гранитными изделиями, которые они готовили для Германии. Все их запросы были переправлены в адрес военной комендатуры г. Берлина, к которой они уже непосредственно обращались по всем интересовавшим их делам.

Никто ни в советской военной комендатуре Берлина, ни в управлении строительства не задавался целью установить, на каких началах заключены были контракты фирм с представителями "третьего рейха" на выполнение этого огромного заказа.

Но мы твердо уверены, что после оккупации стран гитлеровскими войсками, новые хозяева наверняка бы не считали себя обязанными расплачиваться с их предприятиями за свои заказы.
Однако фирмы-поставщики гранитных блоков решили попытаться заполучить с нас огромные суммы.
Получив целый ряд документов от этих фирм, комендант города Берлина в своем ответе указал, к кому именно им следует обратиться, разъяснив, что наиболее сведущим в этих вопросах является бывший главный архитектор "третьего рейха", личный друг Гитлера - А. Шпеер, без визы которого не могло строиться ни одно здание в Германии. Он, де, не мог не знать об огромном заказе на изготовление колоссального количества гранитных изделий. "Но осуществить это, - отписал в заключение генерал А.Г. Котиков, - вероятно, можно будет только через двадцать лет, после отбытия Шпеером наказания по приговору, вынесенному ему на Нюрнбергском процессе".

После этих разъяснений переписка прекратилась. По-видимому, иностранные поставщики гранитных изделий для дворца победы гитлеровской Германии над миром, и в первую очередь над их собственными странами, были удовлетворены ответом советского коменданта Берлина. Что же касается немецких фирм, то те голоса не подавали. Они, надо думать, решили, что лучше не показывать себя в образе приверженцев канувшего в лету "третьего рейха".



[i] Гинзбург Л.- Потусторонние встречи. - С. 136.
[ii] Шпеер А. "Воспоминания ". Берлин, Издательство Пропилен. 1969 год. Далее цитаты из той же 10-й главы этой книги, озаглавленной "Земной шар" (примеч. автора).
[iii] Гинсбург Л. Потусторонние встречи. - С. 169

Posts from This Journal by “Трептов-парк” Tag

  • Кравцов Г.Л. Память... Часть 14

    Послесловие Давно отгремела великая битва на Волге. Время и ветры зарубцевали раны земли, сровняли противотанковые рвы, доты и дзоты. Заросли…

  • Кравцов Г.Л. Память... Часть 12

    Потуги фальсификаторов Чем дальше в глубь истории отходят от нас грозные годы войны, тем полнее и ярче проявляется величие героических подвигов…

  • Кравцов Г.Л. Память... Часть 12

    Снова описания и эскурсы в историю Трептов -парка, и про мемориал в Панково, который действительно незаслуженно забыт. В 2013 году Германия за свой…

  • Кравцов Г.Л. Память... Часть 11

    В этой части довольно пространное описание мемориала в Трептов-парке. Возможно, кому-то оно покажется скучноватым, хотя для тех, кто никогда его не…

  • Кравцов Г.Л. Память... Часть 9

    Гранитный клад Однажды в управление строительства вошел незнакомец, измученного вида человек, средних лет и попросил, чтобы его принял по очень…

  • Кравцов Г.Л. Память... Часть 8

    Очередная часть воспоминаний, которая рассказывает о трудностях поиска в Берлине погибших и установления их имен. Перезахоронение В поверженном…

  • Кравцов Г.Л. Память... Часть 7

    Очень интересная часть о том, как мемориалы в Берлине строили немецкие частные фирмы и немецкие строители, строившие в свое время зенитные башни -…

  • Кравцов Г.Л. Память... Часть 6

    У высшего начальства Однажды, будучи в Москве по делам службы, автор этих строк обратился к начальнику Управления оборонительного строительства…

  • Кравцов Г.Л. Память... Часть 5

    Пятая часть воспоминаний об увековечивании памяти погибших в Великой Отечественной Войне. Первые трудности Множество препятствий встретили…


promo gistory march 6, 2014 20:25 14
Buy for 1 000 tokens
Ищу родственников тех, кто строил оборонительные на московском направлении, а также любую информацию связанную с этим. Воспоминания, фотографии, газетные вырезки, все что может рассказать о событиях лета-осени 1941 года. Значительную долю строителей составляли москвичи, но вместе с ними работали…

?

Log in

No account? Create an account