gistory, Gistory_ru

gistory


gistory

История с Географией


Previous Entry Share Next Entry
Как формировалась 4 дивизия народного ополчения
gistory, Gistory_ru
gistory
Публикую первую часть воспоминаний секретаря Куйбышевского райкома ВКП(б) Н.М. Шаховой о формировании и боях 4 дивизии народного ополчения, которая позже была преобразована в 110 стрелковую дивизию. Воспоминания датированы 24 июля 1942 года. 110 сд не попала в Вяземский котел, но понесла сильные потери на Можайской линии обороны в районе Боровска. К сожалению, не удалось найти ни фотографии Шаховой, ни здания в котором был Райком Куйбышевской района в 1941 году.

Стенограмма

Беседы, проведенной с секретарем Куйбышевского райкома ВКП(б) тов. ШАХОВОЙ Надеждой Михайловной.
24 июля 1942 г
Куйбышевский райком ВКП(б)
Беседу проводит руководитель военного отдела т. Сидоров А.Л.


В 2 часа ночи с 1 на 2 июля 1941 г. Мне позвонили и сказали, что в Кремле должны собраться секретари райкомов. Собрание проводил тов. Молотов, присутствовали Тимошенко, Щербаков, секретарь МК Попов и все секретари райкомов гор. Москвы.
На этом совещании с сообщением выступил тов. Молотов. Он сказал, что страна находится в опасности, враг подошел к Минску, надо поднять народ, создать народное ополчение, что районы должны будут приступить к формированию народного ополчения, обеспечить всем необходимым. Совещание длилось примерно полчаса и после этого мы отправились к себе в райком. Совещание я бы сказала, носило не официальный характер и проводилось в виде беседы. Были назначены сроки – 6 июля дивизии должны быть сформированы по районам.
2 июля 1941 г утром у нас в районе было созвано совещание секретарей партийных организаций и руководителей учреждений и предприятий района, на котором мы рассказали о совещании в Кремле и условились о том, что надо будет провести беседы с людьми. Уже вечером 2 числа началась запись в ряды народного ополчения. Никаких разверсток по организациям не давалось, а просто в райком предоставлялись списки тех, кто записывался в народное ополчение.



3 июля, после выступления товарища СТАЛИНА по радио, на всех предприятиях и в учреждениях района прошли с очень большим подъемом митинги. Тут же н этих митингах подавали заявления, и происходила запись добровольцев в ряды народного ополчения. По некоторым наркоматам записались абсолютно все, а потом наркоматы звонили и говорили: «Мы не можем же оголять наркомата и отпускать всех в народное ополчение». Приходилось оставлять народ, причем, выдерживали бой: «Почему вы меня не берете? Почему оставляете?»- спрашивали записавшиеся.
Запись происходила 3 и 4 июля. Те люди, которые были в командировках, подъезжали и тоже записывались. 4 вечером в районный комитет партии были представлены почти из всех организаций списки записавшихся в народное ополчение. Записалось всего по району 8 тыс. человек. В ряде организаций получилось такое положение, что не с кем было работать, и в процессе самой записи для обеспечения работы нам пришлось отсеять полторы тысячи человек.
Записалось очень большое количество женщин, но их мы брали только в медико-санитарную службу и то незначительное количество.
4 июля нас вызвали в Московский комитет партии и познакомили с работниками, которые должны были командовать нашим формированием. Первым командиром дивизии был генерал-майор Седельников и начальником штаба полковник Борисов. Мы с генералом и полковником поехали в райком, чтобы договориться о дальнейших действиях. Тут мы условились, что 6 с семи часов утра народ начнет подходить на сборный пункт. Место формирования было определено в 310 школе, угол Мало-Козловского и Харитоньевского переулков. Был установлен такой порядок приема: работники Райвоенкомата расположились во дворе этой школы, распределили между собой списки по организациям, народ приводили секретари партийных организаций и передавали всех добровольцев ведение командования.



Для формирования дивизии была создана чрезвычайная тройка. Председателем этой тройки был секретарь райкома т. Шахова, в состав ее входили также райвоенком т.  Сысоев и председатель Исполкома т. Юрченков.
4 и 5 июля мы начали заботиться о том, чтобы подобрать все необходимое для дивизии, материально обеспечить ее хотя бы на первое время. Какие у нас трудности возникли? Прежде всего, чем кормить народ? Нам нужны были походные кухни. Но н район является главным образом районом учрежденческим, и металлообрабатывающей промышленности у нас никакой нет. Мы достали 25 больших чугунных котлов и привезли их на вещевой склад. Поехали туда с генералом, а генерал говорит:
«- Котлы чугунные, ржавые, не годятся».
Я ответила:
«Я не интендант, но как хозяйка знаю, что нужно прокипятить котел с солью и он без лужения замечательно пи любых условиях будет пригоден для варки пищи».
Затем мы достали 6 тыс. котелков, полторы тысячи брюк и гимнастерок серых для комсостава. Кроме того, достали и 1000 простыней, 1000 наволочек, 5 ½ тыс. матрасов. Затем раздобыли ведра, протвени, ложки, т.е. все оборудование, которое нужно было для организации питания. Помимо этого у нас в районе работала комиссия по оснащению дивизии транспортом. В связи с тем, что гаражей у нас мало и машин было не большое количество, мы выделили дивизии 17 грузовых машин 350 велосипедов и 12 мотоциклов.
Все школы района готовились для размещения народного ополчения. Для этого в течении полутора дней везде построены двухэтажные нары и все снабжены матрасами. Одновременно с этим подготовили столовые района для кормежки наших ополченцев, пока они находились в Москве. Питание давали три раза в день.
6 июля в 6 часов утра народ уже начал подходить к сборному пункту в Мало-Козловский переулок. Подходили очень организованно, строем. Впереди шел секретарь партийной организации. Ополченцы Центросоюза было обмундированы: защитные брюки и гимнастерки, защитные фуражки, брезентовые сапоги и оснащены вещевыми мешками и котелками. Таким же образом были обмундированы и работники промкооперации и артелей. Ополченцы наркомата внешней торговли и наркомата боеприпасов были частично обмундированы.


Бывшее здание школы в Сверчковом переулке

Тут же у ворот сборного пункта Райпищеторг организовал палатки и тележки с водой, так как было очень жарко. Подходил народ. Проверяли их по спискам и по спискам передавали. Тут же их разбивали по ротам, батальонам и полкам. Школы были заранее распределены: 1 полк помещался на Сверчковом переулке в 313 школе, 2 полк помещался на Армянском пер. 4 в 644 школе и 3 полк на Лобковском пер[1]. №5/16 в 311 школе. Весь сбор и формирование закончился в 5 час. дня 6 июля и народ был разведен по местам расположения подразделений. 7 июля подошли те, кто болел или по каким-либо причинам не моя явиться. Таким было человек 200. Этот народ был влит в 4 запасной резервный полк,  а затем Московский военный округ приказал передать его в Бауманскую дивизию народного ополчения, так как у них был  не комплект. Народ очень не хотел уходить в формирование другого района и многие подавали заявления в райком с просьбой их оставить в Куйбышевской дивизии. Но военный приказ есть, и эти люди были направлены в Бауманскую дивизию народного ополчения.


Здание школы в Армянском переулке

С 8 июля началось элементарное обучение. Начали со строевой подготовки: ходили по улицам, переулкам Куйбышевского района. Ведь надо учесть, что в ополчение записалось большое количество людей вообще освобожденных от воинской службы, или участников гражданской войны и партизанских отрядов, которые давно уже не военной службе не были.


Здание на ул. Макаренко (Лобковский переулок)

Что собой представлял народ, который влился в нашу дивизию? Так было 2 ½ тысячи коммунистов и кандидатов партии, 250 человек работников издательств газет. В полках были целые подразделения инженеров, экономистов и научных работников.
Первый командир дивизии генерал-майор т. Седельников получил 9 июля другое назначение и командиром дивизии был временно оставлен начальником штаба, полковник Борисов.
Народ пробыл у нас в Москве до 12 июля 1941 г. – 6 дней. 10 был получен приказ Московского военного округа вывезти всю дивизию народного ополчения на строительство оборонительных укреплений. Куда направляли мы не знали. Вначале нам сказали: вывезут дней на пять-десять. Вывозили из Москвы только две дивизии народного ополчения: Куйбышевскую и Дзержинскую.
Вообще надо сказать, что дивизии создавались только в 13 районах, а остальные районы пополняли некомплект районов формирования. 8 числа к нам в дивизию влили 250 ополченцев Щелковского, Егорьевского и Лопасненского районов Московской обл. Мы их разместили в школе №613 в Харитоньевском переулке.
В ночь с 11 на 12 июля были поданы Моссоветом грузовики. Мы достали 6 ½ тыс. лопат, - копать-то надо, (счет на них у меня сейчас есть). Эти лопаты раздали по полкам. Вооружения никакого не было, ни одной винтовки и народ не был обучен. На машинах сделали скамейки, садились по ротам на эти скамейки и впереди каждый держал лопату.
Дали в это время не новое обмундирование, а бывшее в употреблении, ботинок не дали. Поехали кто в чем был, кто в белых туфлях, кто в тапочках, кто в ботинках. Не зная куда едут, и на сколько дней – народ у себя в полках оставил свои личные вещи в вещевых мешках и в каждой школе оставили караульных. Потом мы собрали все эти вещи, перенесли на склад. Уже значительно позднее приходили жены и мы эти вещи раздавали. Надо сказать, что и посей день в нас на складе в Райисполкоме лежат вещи отдельных ополченцев. Четыре мешка кажется осталось.
Вечером в 7-8 часов, когда народ уезжал, пришли жены прощаться. И что характерно было – ни одной слезы. Исключительный подъем был и у самих бойцов, и у родственников. Между прочим никаких медицинских комиссий при формировании не было. В ночь с 11 на 12 июля народ выехал. Через некоторое время узнали, что они работают на оборонительных рубежах: - письма мы стали получать, из дивизии народ  начал приезжать. Говорили, что работают они в Сычевке, Андреевского района[2].
В конце июля числа 25-26 приехали к нам в райком из дивизии товарищи – ополченцы и сообщили о следующем положении в дивизии: прежде всего о том, что подносилась  обувь. Мы , правда создали специальные сапожные мастерские перед отъездом. Кожа, которая был отпущена, кончилась. Некоторый народ до того обтрепался, что ходили без подметок. Обмундирование стираное старенькое, потрепалось. Вооружения никакого и обучать бойцов некогда, - работают по 11 часов. Мы тут думаем, что делать? Я позвонила т. Щербакову и сказала: «Александр Сергеевич, положение такое: другие дивизии проходят в Москве военное обучение, а наша выехала на оборонительный рубеж, работают по 11 часов, народ не обучен. Им нужно готовиться к боевым действиям, нужно установить количество часов для обучения».
Благодаря вмешательству т. Щербакова было определены в течении дня для строительства рубежей количество часов и выделены часы для обучения. Относительно получения вооружения мы вынуждены были также обратиться за помощью к т. Щербакову. Позвонила тов. Щербакову:
- «Александр Сергеевич, положение такое – обуви нет, обмундирования нет, вооружения никакого, что делать?
- Хорошо, - говорит, - примем меры».
Через некоторое время он позвонил, дает телефон тов. Маленкова и говорит? – позвоните по этому телефону.
Позвонили. Тов. Маленков очень горячо отозвался. Я ему говорю:
- Наша дивизия уехала на рытье оборонительных рубежей.
- Знаю, - говорит.
- Положение на сегодняшний день такого, что народ подносил обувь и обмундирование. Вооружения абсолютно никакого нет, дивизия находится в тяжелом положении.  Нужно обмундирование, обувь и вооружение, чтобы народ мог обучаться.
Тов. Маленков говорит:
- Хорошо, будут немедленно приняты меры.
Через три часа [звонят] из наркомата обороны и говорят, что уже сделано, направлены в дивизию машины с обмундированием, вооружением и обувью. Приходят из нашей дивизии товарищи и заявляют о том, что все сделано. В 3 часа все было направлено. В 5 часов звонит помощник тов. Маленкова и спрашивает что сделано. Я ему отвечаю:
- Передайте большое спасибо тов. Маленкову, все погружено и отправлено в дивизию. Его распоряжение выполнено.
Это было числа 25 или 26 июля.
30, примерно, июля звонят нам из Московского комитета партии и говорят: «срочно закажите знамена. Дивизионное знамя будет от Московского комитета партии, а полковые знамена должны быть районного комитета партии». Мы тут же ночью договорились с 22 швейной фабрикой в нашем районе. Раньше она была знаменно-вышивальная, но в период отечественно войны была переведена на пошивку обмундирования. Директор быстро в эту жен ночью наладил машины, вызвал вышивальщиц и в течении трех часов было вышито три полковых знамени.
1 августа приехал к нам из дивизии народ. Нам не разрешили поехать к ним вручать эти знамена, так как положение там было очень напряженным. Мы с этими товарищами отправили знамена, написали письмо от райкома в таком духе: «Вы товарищи, проходите боевую учебу, готовьтесь к предстоящим боям, а мы здесь в тылу окажем всяческое содействие вашим семьям, поможем их устройству», подарки послали. Одновременно достали вездеход и этот вездеход с подарками и знаменами отправили в дивизию.

Окончание следует.




[1] Сейчас это улица Макаренко
[2] В действительности, село Андреевское относится к Сычевскому району.

promo gistory march 6, 2014 20:25 14
Buy for 1 000 tokens
Ищу родственников тех, кто строил оборонительные на московском направлении, а также любую информацию связанную с этим. Воспоминания, фотографии, газетные вырезки, все что может рассказать о событиях лета-осени 1941 года. Значительную долю строителей составляли москвичи, но вместе с ними работали…

  • 1
Спасибо, интересно.

Это воспоминания для комисии по истории ВОВ или другие какие-то? Я читала такие по 9 и 6 дивизиям в ИРИ РАН.

Источник не ИРИ РАН, а партархив.
Возможно, что воспоминания собирались с подачи комиссии Минца, я думал об этом, но указаний на это нет. Если есть копия в ИРИ РАН, значит для него. У меня есть и черновик беседы, который скажем так не принципиально отличается от "беловика".

Да, значит, точно туда. Я тоже сперва читала их в партархиве, а потом нашла на них же ссылку, ведущую в ИРИ РАН. Съездила туда - и точно, там были все те же, что и в партархиве + новые. Ну, и у многих шапки типа таких:
КОМИССИЯ ПО ИСТОРИИ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ
Стенограмма беседы с т. ПОГОСОВЫМ А. В.
Беседу проводит научный сотрудник Комиссии тов. ГРИЦЕВСКАЯ Е. М.
Стенографирует РОСЛЯКОВА О. А.
Москва 26 июня 1943 года

Иванов В.К., заведующий отделом истории народного опол

в составе 4-й дивизии абсолютное большинство составляли инженеры, экономисты, юристы, научные работники, преподаватели, служащие наркоматов и ведомств. Такой состав объясняется преобладанием на территории Куйбышевского района государственных, научных учреждений, издательств, редакций газет, в связи с чем основными центрами создания дивизий народного ополчения здесь были союзные наркоматы внешней торговли, финансов, совхозов, юстиции, Госплан СССР, которые, в основном, и определяли социальный состав дивизии. Однако неоднородность социального состава не отражалась на боеспособности ополченческих формирований. Образцы мужества и героизма проявляли и рабочие, и инженеры, и ученые, и писатели, и представители других социальных слоев. Не влияла на уровень боеспособности и многонациональность дивизий. В ополчении были представлены практически все национальности, характерные для населения столицы. Например, личный состав 4-й дивизии был укомплектован бойцами и командирами 33-х национальностей. Но Все они чувствовали себя членами одной семьи, объединенной единой целью - защитить свою страну, свой родной дом. Особенностью формирования ополченческих частей и соединений был территориально- производственный принцип.

http://westfront.su/opolchenie/dno_form.htm

Боевой путь Четвертой дивизии народного ополчения

С 5 по 10 сентября 1941 года дивизия была переброшена в район озера Селигер. В течение месяца дивизия держала рубеж обороны у озера, не отдав противнику ни одного метра родной земли

Четвертая дивизия народного ополчения Куйбышевского района получила название 110-й дивизии.
В октябре 1941 года велись тяжелые бои с превосходящими силами фашисткой армии на дальних подступах к Москве, поэтому 110-я дивизия народного ополчения была переброшена с озера Селигер и вошла в состав 33-й армии Западного фронта.

12 октября дивизия получила боевой приказ командующего 33-й армией генерал-лейтенанта М.Г. Ефремова закрыть врагу дорогу на Наро-Фоминск и Москву, не допустить выхода его к рубежу реки Нара до подхода регулярных кадровых частей Советской Армии.

Министерство финансов СССР в 1975 году на месте братской могилы дивизии народного ополчения в селе Рождество Наро-Фоминского района Московской области установило памятник, к которому ежегодно, перед днем Победы, выезжают ветераны войны и труда Министерства финансов для проведения торжественного митинга с учащимися и преподавателями Ново-Ольховской подшефной средней школы, возлагают венки и цветы на могилу воинов, отдавших жизнь при защите Москвы.

http://bujet.ru/article/8935.php

А тем кого отправили в Бауманскую...

так понимаю, совсем не повезло..Вяземский котел...

Re: А тем кого отправили в Бауманскую...

Под Вязьму они не попали. Их с Селигера (Селижарово), через Москву перебросили на киевское шоссе и их реальные первые бои были в районе Боровска и дальше к Наро-Фоминску.

Re: А тем кого отправили в Бауманскую...

" 7 июля подошли те, кто болел или по каким-либо причинам не моя явиться. Таким было человек 200. Этот народ был влит в 4 запасной резервный полк, а затем Московский военный округ приказал передать его в Бауманскую дивизию народного ополчения, так как у них был не комплект. Народ очень не хотел уходить в формирование другого района и многие подавали заявления в райком с просьбой их оставить в Куйбышевской дивизии. Но военный приказ есть, и эти люди были направлены в Бауманскую дивизию народного ополчения."

Re: А тем кого отправили в Бауманскую...

Им да. Многие погибли южнее автострады Москва-Минск.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account